Крах однополярного мира

Возвращение Крыма России было, как чудо, как восход солнца. Это была пора ликования. Народ, прозябавший в сумерках, возвысился духом, воскрес. Народ-подранок, у которого с девяносто первого года всё только отбирали, мучили его, казнили, корили, вновь обрёл русский цветущий Крым, он обрёл своё будущее, он вновь стал народом-мечтателем. Ещё не было моста, соединяющего континентальную Россию с полуостровом, а крымский мост между народом и властью, преодолев пропасть, был воздвигнут в одночасье, как в сказке. Началась новая русская эра. Государство Российское повенчалось с Крымом, пало на колени перед алтарём в Херсонесе, оросило своё обгорелое измождённое лицо черноморской живой водой. Крымская светлая буря понеслась на Украину. Русское восстание вспыхнуло на Донбассе, и ополченцам, идущим на Мариуполь, мечтающим о Харькове, Одессе, Днепропетровске, озаряло путь крымское солнце.

Крымское светило потускнело, покрылось копотью, крымское солнце стало угасать. Хотя крымский мост во всей красе соединил две кромки Керченского пролива, мост между властью и народом зашатался, дал трещины, просел на своих опорах.

Чем затуманилось солнце Крыма? Что вновь влило в народную душу печали и скорби? Было загублено русское восстание в Новороссии, был остановлен порыв, предвещавший русское возрождение. Великий реванш был затоптан, ошельмован. Спущена в сточную канаву восхитительная идея Новороссии, мечта о справедливости и гармонии. Ополченцы под красными знамёнами сражались за Царствие Небесное. Порыв ополченцев к Мариуполю был прерван, а готовые к восстанию Харьков, Одесса, Днепропетровск, Николаев были отданы под пяту службы безопасности Украины, которая затоптала и забила насмерть животворные русские всходы.

Красный конь русского восстания на Донбассе был пойман в стальные тенёта минских соглашений и нормандского формата. Народ, мечтавший о возрождении Родины, ожидавший рывка и развития, выкликавший русское чудо, которое должно было принести в Россию после 1991 года долгожданные радость, красоту и творчество, этого рывка не дождался, ожидания были обмануты.

Обманутая народная душа стала смотреть на власть угрюмо, исподлобья. Вместо новых заводов, скоростных дорог, благополучия и благоденствия, наступили тощие и скудные дни, кажущиеся бесконечными, когда продолжают гнить городки и селения, закрываются заводы, безработные люди бродят вокруг ржавых цехов, пьют из горла, булькая небритыми кадыками. Бедность, тусклая, серая, с мышиными шелестами, расползается по стране, превращая все радостные краски в серое пятно, в котором нет места молитве и чуду, а только борьба за выживание.

Бедность народа сопровождается непомерным богатством бриллиантовых избранников, алчных и бесчестных миллиардеров. Несправедливость и неправедность жизни воспринимается народом как страшная болезнь. Народ ропщет, тоскует, подчас ненавидит. Солнце Крыма покрыла тусклая муть, словно оно светит сквозь закопчённое стекло. Великое чаяние о справедливом бытии и благодатном обществе в который раз было попрано, не находит своего воплощения.

Пенсионная реформа, стреляющая в неимущих. Система «Платон», обирающая дальнобойщиков. Непомерные налоги, которые должны пополнить скудеющий бюджет. При этом гигантские деньги уплывают из России, иссушают бюджет, питают враждебные цивилизации. По-прежнему народное хозяйство России изъедено червями, оно устроено так, что народный труд, богатые недра служат не России, а заморским империям. Русские чувствуют себя подножным кормом для заморских динозавров, которые воспринимают Россию как добычу, откуда выхватывают самые лакомые куски. Россию покрыли настилом из тяжеловесных брёвен, на которых пируют захватчики.

Нарастает реванш девяностых. Тень Ельцина, как туча, закрывает крымское солнце. Как призраки прошлого Юмашев, Татьяна Дьяченко, Наина Иосифовна, Ельцин-центры, которые плодятся, как ядовитые синюшные грибы. Всё это тянет страну в жуткое прошлое, в липкое болото безвременья. Это раздражает, тревожит, рождает смятения, множит экстремистские группы, пьянит шальные головы миражами революций и бунта. В России вновь нарождается смута. Власть закупоривает её арестами, подавлениями, но она, как угарный газ, сочится из сотен щелей, повергая ослабевшие души в обморок.

Российское общество деформировано. Эти деформации, невидимые при слепящем свете крымского солнца, теперь, в сумерках, стали явственны и губительны. Их придётся исправлять, общество придётся чинить, извлекать из него изношенные ненужные детали, оснащать новыми элементами, новыми связями, новым топливом, толкающим государственную машину вперёд.