Котёнок Персик и Новый год

С неба большими белыми хлопьями падал снег. Полосатый рыжий котёнок прыгал на подоконнике, пытаясь поймать кружившихся за окном белых мотыльков.

– Персик, это же снежинки! – звонко заливался смехом маленький мальчик, глядя на игры забавного котика.

На стекле сверкали причудливые морозные узоры. Сквозь щели входных дверей выл ветер, доносясь до комнат жалобным протяжным плачем. В воздухе витал сладкий аромат мандаринов и грядущего волшебства. Календарь отсчитывал последние дни декабря, а значит, приближался праздник встречи Нового года. Значит будет ёлка, подарки, салюты, гости – праздник, который любят взрослые и дети. Праздник, когда абсолютно все верят в чудеса. А чудеса не заставляют себя ждать и происходят. Даже если их не замечают или не ждут.

   Был субботний зимний день. Мама суетилась на кухне, громко звеня кастрюлями и сковородками, папа бурчал под нос незатейливую песенку, умело орудуя гудящим пылесосом. А Рафаэль сидел на кровати в обнимку с плюшевыми игрушками и думал про новогодний подарок. Пришла пора послеобеденного сна, но спать совсем не хотелось. В голове крутились мысли: «Кто же такой Дед Мороз, который приносит детям подарки только в Новый Год? Как он успевает всё за одну ночь, пока все малыши в мире видят сладкие сны?».

В это время его кот по кличке Персик потянулся и мягко спрыгнул с окна на кровать к мальчику. Потёрся о его колени рыже-белой шубкой, напрашиваясь на ласку. Рафаэль слушал его монотонное урчание и заснул.

В дом Персика взяли взяли совсем недавно. Знакомая родителей, подобрала замерзающего котёнка на улице и искала ему хозяев. И был он очень любопытным и озорным. Его манила большая ёлка в гостиной блестящей мишурой, свисающей с зелёных веток. Зазывно болтались шарики, которые так и хотелось смахнуть лапкой и поиграть с ними, катая туда-сюда по полу. Пару раз, ёлка падала ночью, пока Персик пытался снять с неё украшения, но его ругали сонные родители.

Вот и в этот раз, потеряв интерес к уснувшему мальчику, котёнок побежал на странный шум, исходящий из коридора. Кто-то стучался. Персик начал громко мяукать в ответ, привлекая внимание занятых домочадцев. Папа выключил пылесос и открыл дверь. Там стоял чужой человек с большой коробкой, которую папа у него забрал и что-то писал в бумажке для незнакомца. За порогом были посторонние запахи, звуки и шорохи. Котёнку подумалось, что ему обязательно надо обследовать этот новый мир, пока никто не видит и вышел за дверь. Ловко спустился вниз по ступенькам и очутился на улице.

В воздухе кружились те самые белые мотыльки. Всё вокруг сверкало и блестело в лучах зимнего солнца. Лапки утопали в чём-то холодном и мягком. На деревьях с ветки на ветку прыгали воробьи, громко чирикая друг другу.

Шаг за шагом обследуя новый удивительный мир, Персик оказался в лесу. Любопытство сменилось испугом. Он пошёл искать дорогу обратно, но следы уже замело. Снежинок становилось больше, сугробы выше, шумела вьюга, стало темнеть. Котёнок понял, что потерялся. Куда ни пойди – деревья и пенёчки, куда ни глянь – сугробы и веточки. Когда совсем стемнело, зазвучали зловещие шорохи и завывания. Персик спрятался под большой раскидистый кустик. Там было тепло и сухо. «Что же я наделал, – думал напуганный котёнок, – как же мне теперь вернуться домой?».

Ветер пел унылую мелодию, качая голые деревья. Уставший и замёрзший, полный грустных мыслей Персик уснул. Ему снилась сверкающая ёлка, весёлый смех Рафаэля, мячики, мышки и уютная кошачья лежанка, которые родители подарили ему, как только занесли за порог дома в самый первый день. А потом снилась большая мохнатая метёлка, которая щекотала нос. Котёнок чихнул и проснулся.

Первые лучи солнца уже заглянули под куст сквозь ветки. Перед самой мордочкой мельтешил чей-то пушистый рыжий хвост. А потом резко повернулся, и Персик увидел перед собой мышь! Или крысу. Странную, большую, с рыжим хвостом, стоящую на задних лапках. Такого грызуна он еще никогда не видел, даже когда был бездомным уличным котёнком.

Странное существо потянуло носиком воздух и смотрело с большим любопытством. Котёнок встал в угрожающую позу, поднял хвост трубой, распушил его до пугающих размеров и зашипел.

– Да, тихо ты, тихо, – зашипел зверь в ответ, – а то, глядишь, найдёт нас кто и утащит. В качестве обеда! Мало-ли чудищ в тёмном лесу! – зловеще округлил глаза и выглянул за кустик. – Вроде, уже светло, можем выходить.

– Ты что ещё такое? – спросил грозно Персик.

– Как же, Белка я. Только вот не пойму, кто ты. Вроде и на белку похож, только уродливую и длинную. Шипишь ещё как-то, не по беличьи.

– Ничего не уродливый, кот я. Потерялся вот, – грустно ответил Персик и сел, – жил себе в доме с людьми, в тепле и уюте. Со мной играли, кормили меня, гладили. Спал я на своей мягкой и уютной лежанке, которую мне подарили. Да и белки меня не будили.

– Как это с людьми? – охнула Белка, – Как это гладили и кормили?

– Да вот так, я им мурлычу, они меня гладят.