Корона Российской империи. Слава, честь и доблесть династии Романовых

© Фоменко Н., 2013,

© Оформление. ООО «Издательство „Эксмо“», 2013

Россия — это монархия, а монарх — это Государь. Так по крайней мере было на протяжении большей части российской истории.

Однако в течение всех этих столетий Государь был для большинства подданных образом скорее мифологическим, чем реальным. Миллионы людей во всей огромной империи рождались, жили и умирали, так никогда и не увидев вершителя собственных судеб. Барельеф на серебряном целковом да гимн «Боже, Царя храни!» не давали ясного и четкого представления о личности монарха, его характере и человеческих склонностях. Все это можно было лишь домыслить.

А потому образ российского самодержца, реального человека и исторической фигуры, вытеснялся в сознании миллионов людей фольклорными типажами: Иван-царевич на Сером волке, царь Максимилиан из святочной комедии. Жители губернских центров вполне могли присовокупить к такому собирательному портрету и парадное изображение Государя, обязательное в каждом присутственном месте. В представлении подавляющего большинства россиян все эти мифические монархи — как правило, мужественные, справедливые и добрые! — существовали в некоем заоблачном тридевятом царстве, жизнь в котором протекала по сказочным, неземным законам. Но разве для жителя Соликамска екатерининских времен или для обывателя Кунгура николаевской эпохи далекий Санкт-Петербург не был таким же тридевятым царством?

Ничто не выглядит так привлекательно и не оседает в народной памяти так устойчиво, как исторический миф. А потому представления о российских царях и императорах как о фольклорных героях да персонажах парадных портретов бытуют и поныне. Между тем все они — не мифологические образы, а живые люди со своими достоинствами, тревогами, сомнениями и надеждами. Даже сегодня за слоем исторических напластований и патриотических фальсификаций вполне можно рассмотреть и живые человеческие лица царей и императоров, драматические судьбы этих людей, жестокие страсти, снедавшие их.

Личностные качества самодержцев зачастую играли решающую роль в определении не только их собственных судеб, но и будущего огромной страны, которой они безраздельно правили. Именно по этой причине различные периоды в истории российского государства нередко называют именами монархов: «петровские реформы», «елизаветинские времена», «блестящий век Екатерины»…

Картины этих эпох, запечатленные в исторических трудах, художественной литературе и многочисленных кинолентах, и формируют наше представление о прошлом России. При этом сами личности московских царей и российских императоров нередко остаются в тени той самой монументальной государственности, к созданию которой они были причастны.

Наш рассказ — о российских Государях дома Романовых, об их судьбах, чаяниях и победах.

В январе 1613 года, с окончанием так называемого Смутного времени, в Успенском Соборе московского Кремля начался Земский собор — своеобразный съезд делегатов со всего царства. В отличие от множества предыдущих, проводимых еще со времен Ивана I V, этот собор стал самым авторитетным. В его работе участвовали более восьмисот человек. Посланцы, избранные в двухсот семидесяти семи городах, представляли почти все тогдашние слои населения России: черное и белое духовенство, посадских людей, купечество, вольное крестьянство, казачество и, конечно же, дворянскую и боярскую знать. Заседания проводились в отдельных палатах, по сословиям: бояре, духовенство, служилые, посадские и уездные люди, казачество. Лишь когда каждое сословие в закрытой палате достигало консенсуса, решение, принятое ими, выносилось на рассмотрение «всей земли». А задача перед делегатами стояла серьезная. Ведь их единственной целью были, ни больше ни меньше, выборы нового царя. Это был четвертый случай, когда монарха в России избирали относительно демократическим способом. Если не брать во внимание новгородское и псковское вече, на которых также выбирали князей, то в Москве первые выборы монарха «всем миром» произошли на Земском соборе 1584 года. Царем тогда стал Федор Иоаннович. Следующие такие выборы произошли всего лишь спустя пять лет, в 1589 году, когда древний символ монархической власти, шапку Мономаха, получил Борис Годунов. Через одиннадцать лет на Земском соборе московским царем был избран польский королевич Владислав.