Корни тайны

Посвящается

светлой памяти

Лучшего друга

Мужчина стоял ошарашенный, совершенно опешивший — и с растерянностью и недоумением смотрел на женщину, стоящую рядом с ним.

А женщина эта всю свою злость и ненависть вложила в яростные вопли, которые она кричала — да что там, просто орала — другому мужчине, располагавшемуся за столом напротив нее.

Все это было в зале судебного заседания, проходившего в пятницу, 10-го ноября 2017-го года.

Женщина была истица по делу о разделе совместно нажитого имущества, Стелла Альбертовна Костромина. Мужчина, в полном ауте стоящий рядом с нею — это был ее адвокат; он явно не ожидал, что случится подобная отвратительная истерическая сцена, и даже не скрывал растерянности и одновременно — вполне естественной неприязни к истерящей дамочке.

А мужчиной, в адрес которого она орала все эти свои вопли, был Станислав Владимирович Белогоров — адвокат ее бывшего мужа, Олега Григорьевича Костромина.

— Он, сволочь, все подстроил!!! Он все так устроил, чтобы я ничего не получила!!! Он был такой заботливый, такой внимательный — мерзавец! — хотел, чтобы я дома сидела, детьми занималась и ни во что не вмешивалась! И еще, гад, спросил, чем бы я хотела заниматься, предлагал салон красоты или картинную галерею мне купить! Деньгами заваливал — лишь бы держать подальше от своего бизнеса! Тварь! Сволочь! Мразь! С работы всегда вовремя приходил, никогда не задерживался — проверял, тварюга, дома ли я, не встречаюсь ли с кем! Ну я доберусь до него!!!

Судья флегматично спросил:

— Так Ваш вопрос к стороне ответчика в чем?

— Нет у меня вопросов к этому негодяю!!! Мой муж — трусливая сволочь, сам побоялся явиться, прислал вместо себя этого наглого адвоката!

С этими словами она схватила шариковую ручку своего адвоката и швырнула ее в сторону адвоката Белогорова. Он уклонился от столкновения с этим летящим в него предметом, а потом также и от летящей следом помады, брошенной этой неуравновешенной дамочкой уже из ее собственной сумки.

А заодно и от конфетки, полетевшей напоследок.

— Сама все сделаю! Я знаю, чем его задеть — нашими детьми! Он, мерзавец, делает вид, что любит их, изображает из себя хорошего отца! Ну так я лишу его этой радости!

С этой угрозой прооравшаяся растрепанная фурия схватила сумку, со словами «А ты — тупой придурок!» оттолкнула своего адвоката и выбежала из зала — оттолкнув еще и пристава, на всякий случай незаметно вызванного судьей.

Адвокат Белогоров что-то написал в телефоне, пока он и все остальные свидетели этой безобразной истерики полминуты приходили в себя от нее.

Адвокат Костроминой растерянно развел руками. Белогоров с пониманием развел руками в ответ.

Судья возобновил заседание:

— Сторона ответчика, так что вы скажете?

Адвокат Белогоров встал из-за стола:

— Уважаемый суд, мой доверитель унаследовал весь свой бизнес в готовом виде от отца — Григория Николаевича Костромина. Конечно, вложения во время брака были, поэтому мы и заявили встречный иск о том, чтобы бизнес полностью остался моему доверителю, а своей жене он выплатил компенсацию ее доли по рыночной стоимости.

Заседание скоро подошло к удалению судьи в совещательную комнату и последующему оглашению решения.

Выйдя из здания суда и идя к своей машине, Станислав сразу же стал набирать номер на телефоне.

Абонент срочно ответил:

— Да, Станислав Владимирович, жду Вашего звонка.

— Дети у Вас?

— Да. Спасибо, что Вы написали — я сразу же поехал за ними.

— Вы вывезли их?

— Да. Я забрал их к себе

— Тогда все хорошо. Олег Григорьевич, хоть Вы и не хотели травмировать детей процессом по определению их места жительства, придётся это делать — сегодня стало ясно, что Ваша бывшая жена способна на все, и она прямо угрожала этим.

— Увы, теперь понимаю это.

— Заседание завершилось, суд разделил имущество по нашему варианту — бизнес остался Вам полностью, Вы выплачиваете ей компенсацию. Но будет еще их апелляция в Мосгорсуд.

— Понимаю. Спасибо!

Во второй половине этого дня Станислав приехал в офис своей коллегии адвокатов. Поднимаясь на четвертый этаж (это давалось ему тяжеловато, из-за его полноты, но кроме срочных случаев он принципиально не пользовался лифтом, чтобы давать себе такую нагрузку), мимо качественно сделанных копий картин французских импрессионистов, он думал, сколько дел наметилось на эту самую вторую половину дня.

Восстановив перед дверью офиса дыхание, он бодро вошел. Увидев его, секретарь Алина вышла из-за рецепции, приняла у него плащ, спросила, нужно ли кофе, и сказала:

— Вам звонила дама, спрашивала конкретно Вас. Я сказала, что Вы будете после шестнадцати часов.

— Все верно.

В начале пятого часа пополудни, когда Станислав был в своем кабинете, разбирая бумаги и готовясь к встрече, которая должна была начаться в 17:00, ему позвонила Алина:

— Станислав Владимирович, звонит та дама, которая звонила в первой половине дня, стала спрашивать, как можно приехать к Вам сегодня, она очень просила принять ее как можно скорее. Я сказала, что спрошу у Вас.