Коридор Судьбы

Рыжий львовский автобусик, в который вбилось пассажиров больше чем в какой-либо «Икарус», тяжко подкатил к Дворцу Молодежи. Весьма привычный к давке Сергей облегченно вздохнул, стал пробиваться к выходу. Галстук съехал на сторону, пуговицы на куртке расстегнулись. Автобус опустел, лишь несколько бабушек осталось скучать на передних сидениях — создавалось впечатление, что весь Питер стремится сегодня сюда, к уродливому громадному зданию на отшибе.

Моросил мелкий противный дождик. Но настроение отличное. Сегодня — сорок шестая годовщина со дня рождения Джона Леннона[1], ради такого события в ЛДМ большой концерт рок-клубовских групп. Сейшн вызвал небывалый ажиотаж среди поклонников рока и острый дефицит билетов. Но старый друг Панкер, как всегда, не подвел и билетов у Сергея хватило на всех — один билет даже лишний. Ну, это-то как раз не проблема…

Сергей поправил галстук и застегнул пуговицы. На рок-концерты он всегда ходил в строгой коричневой тройке, чтобы выделяться среди однообразно-пестрой толпы в трепанных джинсах и фирменных свитерах.

— Нет лишнего билетика? — без особой надежды спросила невзрачная пятнадцатилетняя девчушка, одетая как парень.

— Нет. Извините, — сухо ответил Сергей, и быстро направился в сторону дворца. У дверей мрачного серо-коричневого здания ЛДМ толпилось много людей и он надеялся продать лишний билет какой-нибудь симпатичной девушке, как повод для знакомства. В сумке у него лежали три бутылки сухого вина, он сумел отпроситься у жены аж до утра, впереди два выходных…

Сергей присматривался к лицам жаждущих попасть на концерт любителей рока, выискивая знакомых и решая, кому бы продать билет. Времени до начала действа еще достаточно. Сергей не торопился, с удовольствием прислушивался к обрывкам привычных околомузыкальных разговоров. Вид Дворца Молодежи с его невзрачной внешней отделкой, нелепыми балконами, с какой-то особо подчеркнутой приземленностью, и в то же время с помпезным и совершенно бесполезным внутренним убранством — дурацкий бассейн, например, — всегда наводил Сергея на мысль о вечной проблеме отцов и детей. Отцы с самых высоких трибун постоянно твердят: «молодым везде у нас…», а на деле строят вот это вот, да еще добираться так неудобно, да еще напротив отделение милиции, как насмешка. И «дети» ведут себя соответственно, одним своим внешним видом и повадками приводя отцов в праведное негодование.

Вдруг к Сергею подошел, прервав его высокие размышления, небритый сухощавый мужчина лет сорока и сказал вопросительно-утвердительно:

— Привет! У тебя, наверняка же, есть лишний билет.

— Привет. Есть, — сам не зная почему, согласился Сергей. — Три рубля.

На миг нечто очень знакомое показалось в чертах лица незнакомца. Но Сергей тут же понял, что ошибся и видит его впервые. Серый плащ на незнакомце расстегнулся, под ним виднелись потертые джинсы и красная футболка с надписями на английском языке. Через плечо у него висела черная кожаная, застегнутая на молнию, туго набитая сумка. Что-то удивительно привлекательно-обаятельное увидел Сергей в незнакомце и сразу проникся к нему симпатией.

— У меня есть хорошее вино, — просто сказал мужчина. — Может, поможешь с ним справиться, а? Перед концертом-то…

— Дождь прекратился… — задумчиво протянул Сергей. — Что ж, грех отказываться от такого предложения… Только, извини — меня тут двое приятелей должны ждать. У нас тоже куплено. А ты, кстати, не питерский, что ли?

— Да, — ответил незнакомец. — Гость вашего прекрасного города. Много слышал о ленинградском роке — вот и решил поглядеть собственными глазами.

— Правильно решил — не пожалеешь, — сказал Сергей. — Ну ладно, раз ты со своей бутылкой, то лишним не будешь. Вон, кстати, и Гуго с Дельфином. Идем познакомлю.

Сергей, улыбаясь, направился к идущим навстречу друзьям. На вид оба выглядели его ровесниками. Один высокий, холеный, интеллигентно-аристократической наружности в модных импортных очках и с черным складным зонтиком в руках. Кстати, и все остальное, надетое на нем — импортное, модное, дорогое — и в то же время со вкусом подобранное и не броское. Другой же, напротив, — одет в кричаще-сверхмодный вареный джинсовый костюм и в вареной же куртке, на которой наколото несколько значков с изображениями популярных рок-групп. Светлые волосы подстрижены по самой последней моде, начисто выскобленное лицо аж лоснится, и от него исходит одуряющий запах дорогого одеколона. И сам он весь светится от сознания собственной привлекательности.

— Привет, Гуго, — пожал Сергей руку тому, что повыше. — Здорово, Андрюха, — обернулся он к другому. — С днем рождения Джона. Я гляжу, вы уже…

Новый знакомый Сергея тоже подошел, молча словно сто лет знаком с ними, пожал руки его друзьям.

— Мы уже с утра начали, — ответил Сергею Дельфин. — Тебя, что ли, дожидаться?

— Ну, пра-авильно, — протянул Сергей. — На вечер-то хоть оставили?