Копия жены по контракту

Он меня нашел. Я не зря боялась. Надо было мне бежать, не оглядываясь назад, и я собиралась, но не успела.

Я всегда думала, что только к плохим девочкам приходят опасные бандиты с большой дороги и угрожают их жизни.

Верила, что за хорошее поведение ты получаешь награду: не попадаешь в неприятности.

Но оказалось, что моя жизнь не подчиняется этим законам.

Либо же я та самая плохая девочка.

Прекрасное воскресное утро, зной раскаляет воздух, и в моей маленькой съемной квартире душно и жарко. Гремит музыка. Громко, на всю катушку.  А я танцую и распеваю песни, льющиеся из мини-колонки.

Упорно повторяю движения танца.

Самого важного танца в моей жизни, который может решить всю мою дальнейшую судьбу.

Потная, влажная, разгоряченная кожа, растрепанные волосы, забранные в высокий хвост.

Надо успеть принять душ перед приходом подруги. Родионова принесет эклеры. Будем отмечать предстоящее получение американских виз.

Скоро уедем из опостылевшей России. Вперед к нашей мечте.

Вспоминаю, что на балконе давно высохли вещи, в которых я собиралась поехать в посольство.

Впопыхах наполняю водой чайник и ставлю на плиту. Выскакиваю на балкон, а когда возвращаюсь, он уже в моей квартире.

Высокий крупный мужчина с грозным, хищным выражением лица. Похожий на киллера, пришедшего по мою душу.

Весь в черном, он стоит в центре моей маленькой кухоньки и подходит этому интерьеру точно так же, как волк – вольеру с кроликами.

Ноздри мужчины раздуваются. Челюсти крепко сжаты. Он явно злится. Его гнев направлен прямо на меня.

Пошатнувшись, дергаюсь назад. Паника захлестывает с головой.

Бежать! Надо бежать!

Но там, за моей спиной, только балкон.

Я в ловушке, выхода нет. Руки вспотели, по коже бегут жгучие искры страха, сердце бабахает в груди, выламывая грудную клетку.

Я прижимаюсь к подоконнику спиной и чувствую голым задом гладкую поверхность, нагретую солнцем.

В квартире, расположенной с южной стороны, всегда очень жарко, поэтому, чтобы танцевать, я разделась до трусов и спортивного бюстгальтера.

Танцевать было удобно, но зато сейчас я ощущаю себя практически голой и беззащитной перед угрозой.

Еще одно безотчетное движение в сторону.

Сбиваю горшок с цветами и даже не шевелюсь, не оборачиваюсь назад.

Стою как стояла, хотя ноги обсыпало осколками горшка и землей.

Страх полностью меня парализовал.

Мужчина шагает ко мне тяжелой поступью, я вжимаюсь в опору позади и смотрю на него во все глаза.

Красивый, хищный, опасный. Жгучий брюнет с легкой щетиной, которая придает ему разбойничий вид. Точеные скулы, прямой нос, густые брови.

И глаза лютого зверя, поймавшего свою добычу. Взгляд удовлетворенного хищника, который готовится растерзать настигнутую жертву.

Гладкая черная рубашка облегает мощное тело, шелковая ткань обрисовывает каждый изгиб и мускул. Прямая спина, широкие плечи, мощные ноги.

Я на расстоянии ощущаю, как мужчина напряжен. Бляшка ремня поблескивает тусклым серебром, на запястье крепко сидят массивные, явно дорогие часы. На пальце я замечаю ободок обручального кольца.

Незваный гость ни на миг не выпускает меня из зрительного плена, размеренно изучая цепким взглядом, который я ощущаю прямо-таки кожей.

Хочу открыть рот, потребовать у мужчины немедленно уйти.

Но я и пошевелиться неспособна, не то чтобы прогнать его или вообще что-то сказать.

Стою как дура, хлопаю ресницами и дрожу.

Мне не нужно спрашивать, кто он такой, потому что я точно знаю.

Но зачем Рамиль Басманов пришел сюда, понятия не имею. Лишь смутно догадываюсь.

В тот самый момент, когда я связалась с женой криминального авторитета, популярной певицей Роксоланой, моя жизнь пошла в неверном направлении.

Буквально покатилась под откос.

А ведь я могла избежать ошибки. Мне нужно было не соглашаться на эту работу, но я не удержалась, блеск золота поманил меня.

Я просто хотела вырваться из ловушки, в которой оказалась, ловушки, которой я считала собственную жизнь.

А теперь кажется, что всё было не так плохо и я попалась в гораздо более жуткий капкан.

Басманов открывает рот, но я не слышу ни звука, поскольку музыка продолжает орать, но я, в своем онемении, ее даже не воспринимаю. Так сильно захвачена своими эмоциями, что вокруг меня образовался вакуум.

Громкий гул сердца перекрывает все звуки извне и барабанит в ушах.

Когда мужчина напротив понимает, что музыка стала ему помехой, он ведет головой в сторону источника звука, сначала обнаруживает колонку, а потом безошибочно – смартфон, который продолжает производить громкие звуки.

Он быстро направляется к нему, обхватывает широкой ладонью, нажимает несколько кнопок, но, не сумев выключить музыку, вдруг резко бросает мой телефон на пол.

Ни в чем не повинный гаджет не затыкается – тогда Басманов поднимает ногу в дорогом кожаном ботинке, быстрым движением наступает на него и со свирепым выражением лица усиливает нажим.

Музыка резка стихает. Оглушающая тишина сменяется звуками моего быстрого судорожного дыхания.