Конфуций. Будда Шакьямуни

Вошедшие в эту книгу тексты, посвященные основателю буддизма Будде Шакьямуни и китайскому мыслителю Конфуцию, впервые вышли отдельными изданиями в 1891 году в Биографической библиотеке, основанной просветителем Флорентием Павленковым и ставшей прообразом знаменитой серии «Жизнь замечательных людей».

На обложках обеих книг стояла никому не известная фамилия автора — К. М. Карягин, и мало кто поначалу знал, что это псевдоним, за которым скрывается выдающийся востоковед, один из основателей русской индологической школы, автор многочисленных трудов по истории, религии, искусству Индии, исследователь и комментатор буддийских литературных памятников, академик Сергей Федорович Ольденбург (1863–1934). Его глубочайшая эрудиция и многосторонность научных интересов проявились и в книгах, рассчитанных на широкого читателя.

В 1904 году Сергея Ольденбурга избрали секретарем Академии наук, и эта его деятельность продолжалась двадцать пять лет, если не считать трехнедельного перерыва в 1919 году, когда он был арестован. Тюремное заключение стало следствием антибольшевистских настроений Ольденбурга; не последнюю роль сыграло и то, что в июле — августе 1917 года академик занимал должность министра народного просвещения Временного правительства. Позже он сотрудничал с советской властью.

Последние годы жизни Сергей Ольденбург руководил Институтом востоковедения Академии наук СССР.

Сведения о жизни большинства великих людей древних времен обыкновенно малодостоверны. Действительность и истина в них так тесно сплетаются с легендой и фантазией, что потребны долгие научные изыскания, чтобы отделить достоверные факты от вымысла.

Не то представляют собой сведения о жизни и учении китайского мыслителя и реформатора Конфуция. Китайские летописцы рассказывают о жизни и деяниях своего великого учителя без всяких прикрас и преувеличений и лишь с небольшой дозой фантастического вымысла — когда рассказ ведется о зачатии и рождении Конфуция. Их рассказ так прост и естествен, что нет ни малейшего основания относиться к нему с недоверием.

Приступая к изложению жизни и учения великого философа Китая, мы считаем необходимым предпослать этому изложению краткий очерк истории Китая до Конфуция — чтобы познакомить читателя, во-первых, с эпохой, когда жил и действовал великий учитель Китая и, во-вторых, — с предшествовавшим этой эпохе историческим периодом, когда жили мудрецы, у которых Конфуций заимствовал основы и принципы своего учения.

Китайская народность, представляющая собой загадочное и своеобразное явление в истории, является старейшей из всех существующих в настоящее время народностей, пережившей все другие народы, память о которых сохранила нам история и которые или исчезли без следа, оставив по себе только памятники, свидетельствующие о их минувшем величии, или же настолько изменились, что потеряли свой первобытный тип. Между тем китайцы остались точно такими же, какими они были целые тысячелетия тому назад. Уже в глубокой древности они представляют собой один из образованных и культурных народов, но, достигнув известной степени цивилизации, остановились на ней и до сего времени сохранили ее почти без изменения такой, какова она была три тысячи лет тому назад. Уже в глубокой древности они считались такими же отличными хлебопашцами, какими являются в настоящее время. Земледелие стояло у них на высокой степени развития. Они были хорошо знакомы со свойствами разного рода почв и их удобрением и орошением. Они с успехом сажали тутовые деревья и добывали шелк, умели ткать шерстяные и бумажные материи и производить разного рода домашние и военные орудия, чеканили монету, добывали краски, тушь, умели выделывать разного рода вещицы из рога и слоновой кости — одним словом, в механическом труде обладали той же степенью совершенства, какой отличаются и теперь.

Пластические искусства им были также небезызвестны, но в них они далее первых начал не пошли — их рассудочной и сухой натуре чужд идеал красоты, у них были и произведения живописи, и произведения скульптуры, но как те, так и другие отличались свойственными им и в настоящее время мелочностью и причудливостью в последних и необыкновенной яркостью красок и кропотливостью в первых. Их архитектурные произведения также не показывали особенной широты воображения, хотя и отличались своеобразностью, как вообще все у китайцев. Большая часть зданий строилась из бамбука на каменном фундаменте, храмы их, собственно, были небольшие часовни или просто большие дворы, окруженные колоннами, в конце которых помещался обыкновенно алтарь для жертвоприношений.