Компромисс

— Заказ согласован и подтверждён, — Брокер пожал руку своему собеседнику, затем достал гипноиндуктор и махом вырубил бедолагу, да так неудачно, что тот смёл со стола свою кружку с кофе, пока без сознания падал на пол.

— Агасфер, а нельзя было всё это аккуратнее делать? — недовольно поинтересовался я, прекращая протирать бокалы. — Теперь убирайся тут после тебя.

— Ну извини, — отозвался Брокер и с трудом поднял кандидата обратно на стул. — Поможешь дотащить его до портала?

Я горестно вздохнул. Похоже, что давнее решение сотрудничать с Биржей, оказалось не самым удачным ходом. Моё заведение превратилось в проходной двор, где частенько сновали оперативники, это-то ладно, но ведь ещё и начала страдать репутация бара! Особенно, когда прямо тут случались серьёзные вещи, вроде попыток заключить сделку с очередным «подменышем», и мне приходилось отваживать ненужных свидетелей, прибегая к своим божественным способностям.

А ведь я не мог вполсилы дурить голову людям, решившим не вовремя отобедать или отдохнуть здесь. Нет, приходилось вселять им в сердца самую настоящую искреннюю ненависть: едва они подходили к дверям моего бара, что был в этот момент занят биржевиками, как тут же отворачивались с гримасой отвращения на лице и спешно удалялись прочь.

Вот и читаешь потом отзывы в интернете от тех, кому сделал подобное внушение, диву даёшься, чего только людям не привиделось и не понравилось под действием моего влияния. Самое безобидное, что я встречал: «невероятно мерзкая и грязная забегаловка, безусловно лидер по антисанитарии в Москве».

Да уж. Я скрипнул зубами.

— Предлагаешь мне ещё и тяжести таскать? Ну уж нет. В моём биржевом контракте таких работ не прописано, — отказал я Агасферу. — А по поводу твоих извинений: вон подсобка, возьмёшь швабру и приберёшь тот бардак, что устроил твой кандидат.

— А что тут убирать? Ах да, ты, наверное, расплескавшееся по полу кофе имеешь ввиду. Кружка тоже не сильно разбилась. Можно сказать, что она почти целая, осталось только собрать и склеить… Слушай, Купидон, войди в моё положение! Я сильно спешу, у меня план горит, а ты просишь тебе тут полы мыть. Операция закончена, значит теперь у тебя есть возможность вернуть свой персонал. Открой интернет, вызови сейчас человека, раз уж уборщик нужен, а счёт потом выставишь на наш филиал. Биржа всё оплатит.

— Агасфер, не зли меня, — раздражённо ответил я. — Ваша компенсация за неудобства — сущие копейки, которые надо месяцами выбивать, погрязнув в нудной бюрократической переписке. Особенно бесит эта ваша секретарь, Василиса Ивановна, которая вечно теряет мои письма Панкратию.

— Ладно, допустим тут ты прав. Только вот, неужели у тебя настолько убыточный бизнес, что даже нанять уборщика проблема?

— А сам-то как думаешь? Этот кастинг на роль Сальери слишком затянулся. Посетителей теперь сюда и силой не заманишь. Касса пуста! Откуда мне взять деньги, если заведение давно всю положительную репутацию растеряло? Придётся вывеску менять и открываться заново, а это значит — опять влезать в кредиты.

— Ладно, не ворчи, я всё понял, — отмахнулся Агасфер, подхватил кандидата и потащил его к двери, за которой находился портал. — Сейчас доставлю объект в филиал и постараюсь поскорее вернуться обратно. Уберусь тут, раз ты настаиваешь, если меня отпустят. Ты хоть представляешь сколько бумаг мне надо успеть сегодня оформить?

— Почему-то я уверен, что никто тебя не отпустит, — скривился я, — Ладно. Проваливай уже и не возвращайся. Сам тут порядок наведу.

— Вот спасибо! — с облегчением в голосе произнёс Агасфер. — Ты же знаешь, как я не люблю бывать в Москве. Каждый раз передёргивает и корёжит, только подумаю, что надо будет снова возвращаться в этот город.

А то бы мне не знать. Чуть более года назад, когда филиал Панкратия стал чересчур активно пользоваться вверенной мне точкой доступа в это измерение, я был настолько разозлён бесконечными визитами назойливых оперативников, что взял, да и внушил им всем, в том числе и Агасферу, крайнюю неприязнь к Москве.

Вызвать лютую, искреннюю ненависть я мог у кого угодно. Ведь эмоции — это именно моя божественная специализация, хоть я и не такой могущественный бог, как мой отец Арес, или моя мать Афродита, но в плане управления чувствами мне не было равных. В итоге биржевики стали появляться тут всё реже, пока самый упорный из них — Агасфер, не нашёл более-менее подходящего кандидата для сделки, и вся эта эпопея с бесконечными набегами на мой бар подошла к концу.

— Ну всё, бывай, Антерот, — попрощался Брокер, скрываясь со своей тяжёлой ношей за дверью комнаты с порталом.

Я махнул ему вслед рукой. Пусть валит отсюда и побыстрее. Надеюсь, в ближайшее время, никого из биржевиков я у себя в заведении не увижу. Словно подтверждая мои мысли раздался треск работающего портала — это отбыл Агасфер вместе со своим подопечным.