Компаньонка

В такие дни, как сегодня, город ранит нежную кожу души, точно обидное слово… Неприятности никак не кончатся. Замучило безденежье, а воспоминания преследуют, как жестокие убийцы, от которых не скрыться. Не знаю, как противостоять этому. Но мне и не хочется знать. Задыхаюсь. Утратила сон и покой. Кажется, где-то во мне идет война между сказочным королевством света и темными силами зла. Это длится уже давно. Неужели я так одинока?

Пью чай в кафе «Амбассадор», жую пирог. И в голову приходит дурацкая мысль (от скуки, наверное) — просмотреть объявления в газете «Вакансия». Самая популярная в городе газета, кстати. А мысль действительно дурацкая. Такие, как я, слишком квалифицированы, опытны, а главное, разборчивы, и могут сколько угодно читать объявления о приеме на работу, мечтать получить ее, но при этом всегда страшно рады в очередной раз услышать унизительный отказ. Хотя радость тоже сомнительная. Ведь обычно отказы, если не учитывать, конечно, некоторую их поэтичность, портят настроение. Да что там портят — слышать их невыносимо. Но если уж окажешься в таком положении, когда после допроса исполнительной очкастой мышки из отдела кадров, с которой без повода и говорить не захочешь, о чем-то нелепом вроде: «По какой причине вы ушли с предыдущего места работы?», а на другой день получаешь отказ по телефону от какой-то, судя по голосу, малолетки-секретарши, проглотить это очень непросто. Такой черствый кусок частенько царапает горло.

Вот потому-то подобные мне (кто знает себе цену!) на эти объявления даже не смотрят. А при виде их чуть не тошнит. Заставлять себя читать это, сдерживая тошноту, обычно не хочется. Хочется вести себя так, как хочется. Главная, кстати, привилегия таких, как мы.

Чтобы осуществить свое дурацкое желание, мне достаточно протянуть руку и взять самую популярную газету города с соседнего стола. Ее оставила пожилая дама, которая ела бисквит. Так. Стоп. Сначала допью чай и доем пирог. Никто же за мной не гонится. Одинокие люди всегда выдумывают себе бессмысленные правила, и сами же их нарушают.

Доедаю пирожок, еще пару раз глотаю чай. И вдруг подошедший официант хватает мою газету. Этот официант самый мерзкий из всех, кто когда-либо здесь работал. Меняются они тут примерно раз в месяц… Парень, тебе что, заняться нечем? Я только хотела допить чай и посмотреть все-таки, что мне может предложить эта газетка… Нет, он будто назло ее забрал. Уставился нахально и ухмыляется, демонстрируя всему миру отсутствие передних зубов: мне, мол, тоже газета нужна, здесь дела неважно идут. Ну вот. Так я ничего и не узнаю о вакансиях. Да и ладно.

Все когда-нибудь кончается, неудачи тоже кончатся. Не собираюсь унижаться, выдирая газету у кого-то из рук. Напротив «Амбассадора» есть прекрасный, тихий парк. Вот туда и направлюсь.

«Моя» скамейка — перед статуей «Сонные Нимфы». Статуя стоит в центре мраморной чаши фонтана. Скамейка моя. Только если ее не оккупировал какой-нибудь олух. Нимфы всегда мокрые от фонтана, всегда сонные и чистые. Вроде не смотрят друг на друга, а кажется, что то и дело тайком переглядываются. Хорошенькими их, конечно, не назовешь. Просто выглядят естественно. Меня в них привлекает именно естественность. Последние дни я так часто и долго сижу на скамейке и так часто и долго смотрю на них, что не удивлюсь, если они вдруг оживут, чтобы поведать мне свои секреты.

О чем-то в этом духе наверняка уже написал какой-нибудь писатель-романтик. Эти слова не мои. А нимфы красивые потому, что стоят в воде, такие спокойные и мраморные. Нимф-то еще можно было бы послушать. Но вот людей, которые только и мечтают кому-нибудь сообщить свои никчемные тайны…

Моя скамейка и свободна, и нет. Свободна потому, что на ней никого нет. Не свободна потому, что тот, кто сидел здесь до меня, забыл газету. Непреодолимо тянет поворчать. Ну что такое! Читать они могут! А газету что, не выбросить за собой? Настолько уже привыкли к лени и погрязли в беспорядке, как в болоте. Если беспорядок в собственном доме — пожалуйста. Но в парке, на скамейке, куда может сесть кто-то еще… Беру газету. Посмотрим-посмотрим… Ух ты! Снова она — «Вакансия»!

Комкаю ее и направляюсь к урне. Ну вот, все руки в газетной краске. Что там еще может быть, кроме бесконечных «требуются»? Разворачиваю. Посреди страницы — громадное яркое объявление — невозможно не заметить! — сообщает миру о безгранично щедром работодателе. Черт бы побрал этого работодателя.

Смотрю на объявление, и как-то не по себе, хотя подобные объявления я читала много раз.

Судя по адресу — самый дорогой район города. Смотрю на башню с часами — она как раз напротив парка. До двух всего ничего. Хватит терять время.