Комиссар Катан и инспектор Бакс. Хроники кошачьих расследований

День был в самом разгаре.

В наполненном шумом полицейском участке кипела повседневная работа. То и дело по коридору проносились встревоженные сержанты. Кто-то на бегу собирался на срочный вызов, а кто-то просто спешил заступить на патрулирование городских улиц.

Возвращаясь, они приводили с собой задержанных хулиганов, мелких воришек и прочих несознательных котов. Все они тут же оказывались за решёткой временного изолятора. Там нарушители очень громко и недовольно мяукали, шипели и скреблись своими острыми когтями о стены.

Время от времени к ним заходил здоровенный верзила сержант Брус и связывал дебоширов друг с другом их собственными хвостами. На некоторое время в клетке становилось тише. Наказанные прохвосты не могли шевелиться и поэтому только жалобно мяукали, надеясь на прощение. Но как только арестантам удавалось распутать хитроумный узел сержанта, они опять начинали шуметь. Тогда Брус снова направлялся к ним в клетку и заново связывал их другим замысловатым узлом.

Кабинет шефа полиции отделялся от остальных помещений участка толстой пуленепробиваемой стеклянной перегородкой. Однако и она не могла оградить особо утончённый слух комиссара Катана от резких отвратительных звуков. Посторонний шум очень беспокоил комиссара и мешал ему работать.

– Тысяча бульдогов! – наконец не выдержал Катан. – Это когда-нибудь прекратится? Совершенно не дают сосредоточиться! Сколько можно просить? Ну, не мяукайте вы так громко! Полицейский участок – это же приличное заведение. Да! Нашими клиентами действительно часто становятся авторитетные представители уголовного кошачьего мира! Но это не даёт им никакого права мяукать так громко! Прошу вас, тише. Или я сам сейчас озверею! – словно лев, зарычал комиссар и грозно стукнул по столу лапой.

Увы, даже такого интеллигентного и образованного сиамского кота с абсолютно чистой родословной иногда действительно можно было вывести из себя. Хотя, сказать по правде, особой сдержанностью комиссар не отличался.

Минутой позже он обессиленно рухнул в своё кресло и обхватил голову лапами. Катан был измучен скучной бумажной работой. Окружённый высоченными стопками бумаг, он был совершенно незаметен в своём рабочем кресле. Поэтому, когда сержант Мур на бегу ворвался в кабинет, он решил, что Катана нет на месте. Сержант уже собирался уйти, как вдруг услышал знакомый голос комиссара: «Ну, что ещё, Мур? Только не говорите, что вы принесли мне очередную папку бумаг с протоколами об этих проклятых нарушениях».

В щели, между двумя высоченными стопками картонных папок, сержант с трудом разглядел прищуренный глаз Катана, а затем снова услышал усталый голос своего начальника: «Говорите, Мур. Только, умоляю, не кричите».

Сержанту ничего не оставалось делать, как пригнуться и на полусогнутых лапах подойти к столу шефа. Так же одним глазом он осторожно заглянул в щель и продолжил свой доклад в свойственной ему манере.

– Господин комиссар, господин комиссар, – начал торопливо сержант.

– Да не тараторьте вы, Мур! Помедленнее. Прошу вас, – почти взмолился Катан. – Что ещё там произошло, бульдог вас раздери?!

– Да, да! Сейчас, – перевёл дыхание Мур и прошептал: – Ограблен «Главный колбасный магазин»!

– Что? – воскликнул комиссар и выпрыгнул из своего кресла, едва не зацепившись за люстру на потолке. – Как? Опять? Его же грабили два месяца тому назад!

– Месяц, – уточнил с ходу сержант.

– Что вы сказали? – удивился Катан.

– Месяц тому назад, господин комиссар, – уже громко и уверенно отрапортовал Мур, – даже чуть меньше.

– Тем более! Как они могли? Какая наглость! – вскипел от возмущения комиссар. – Нет, это неспроста. Это вызов! Это вызов мне! Это вызов всем нам! Бакс! – завопил он во весь голос. – Инспектор Бакс! Позвать немедленно Бакса!

Комиссар Катан снова рухнул в своё кресло, а сержант Мур мгновенно умчался на поиски инспектора.

Прошло не больше получаса, когда комиссар услышал наконец знакомый голос.

– Ну? И что у нас тут опять приключилось? – мягко промурлыкал Бакс, бочком протискиваясь в дверь кабинета.

Это был весьма упитанный кот неопределённой породы. По рассказам самого Бакса, его мама принадлежала к старинному русскому роду, а отец был простым англичанином из провинции. Видимо, поэтому в нём так странно сочетались два, казалось, несовместимых качества. Незаурядный ум и смекалка – с одной стороны и поразительная беспечность и даже неряшество – с другой. В служебной картотеке он значился под именем Эбаксиний. Но друзья и сослуживцы называли его просто и коротко Бакс.

– Ты ещё спрашиваешь, Толстый? – прошипел в ответ Катан.