Колючая земляника

Мигающий свет, пляшущий по потолку и стенам, действовали на нервы. Прикрыла глаза и кое-как сползла с высокого барного стула. Положила ладонь на плечо брата и, привстав на носочки, прокричала ему на ухо, стараясь перекричать музыку:

— Витя, я домой. Мне здесь не нравится. Клубы — это не моё.

— Уверена? — брат как-то лукаво улыбнулся. — Герасим подъедет скоро.

Я на миг впала в ступор. Почувствовала, как сердце заколотилось в самом горле. Руки задрожали, и я поспешила сцепить их в замок. Отвела глаза, смутившись и поймав пытливый, пронзительный взгляд Вити.

— Какая мне разница? — беззаботно пожала плечами и попыталась улыбнуться. Но вышла лишь кривая и безрадостная улыбка.

— Лилëк, — брат опрокинул в себя алкогольный коктейль и, протянув руку, дёрнул меня за прядку волос, — кого-то ты провести сможешь, но не меня.

— Вить, — я устало прикрыла глаза, которые снова защипало от слез, стоило мне вспомнить события двухлетней давности, — я уже не та влюблённая девочка.

— Мне пытаешься это доказать? — пытливый взгляд заставил меня нервничать.

— Витя! Ты, как хороший брат, не должен пытаться меня убедить в том, что я по-прежнему влюблена в твоего друга! — вспылила не на шутку. — Как любящий старший брат ты должен был набить ему морду, защитить честь сестры!

Перевела сбившиеся дыхание и стала сверлить Витю взглядом. Брат усмехнулся, покачал головой и вдруг махнул кому-то рукой, у меня за спиной.

Меня тут же окатило ледяной волной отчаяния, страха, любви, надежды. Гремучей смесью, что всякий раз разъедает душу, стоит только услышать одно лишь его имя. Стоит мне только увидеть его даже мельком. Глупое влюблённое сердце продолжает вновь и вновь колотиться в горле, несмотря на все уговоры и рассуждения хозяйки, что нам совсем не по пути. Это так глупо и безнадёжно, но мои ноги задрожали в коленях. Мне кажется, что я просто завалюсь сейчас на пол. Потеряю равновесие.

— Привет, Гер, — пробасил брат, протягивая руку куда-то мне за спину.

Почему куда-то? Будто я не знаю, по какой причине это происходит. Будто не догадываюсь, куда он тянет руку.

Герасим.

Герасим Назаров.

Моя первая, единственная и самая отчаянная любовь.

Если до этого момента мне казалось, что музыка меня оглушает и бьёт по ушным перепонкам, то в следующий миг, она вдруг смолкла. И наступила оглушающая тишина.

Хотя нет. Я чётко слышала шум собственной крови в ушах. А ещё невероятно громкое, запредельно громкое биение собственного глупого и влюблённого сердца.

"Нужно сходить на кардиограмму", — мелькнула в голове глупая и неуместная мысль.

Мне показалось, что воздух вокруг сгустился. Стал вязким. Удушающим. Обречённо прикрыла глаза и почувствовала каждой звенящей клеточкой тела, что Герасим стоит за моим левым плечом. Он меня не касался, пока ещё ничего не говорил, но и этого было достаточно, чтобы меня затрясло пуще прежнего. В груде целый ураган, катастрофа. Захотелось взвыть в голос. Вскинула нервно руку вверх и поправила прядь волос. Влажные пальцы зацепили пару волосинок и выдрали их. Чуть отрезвив, самую каплю приведя в чувства.

— Привет, — этот голос я узнаю в любом состоянии.

Не осмеливаюсь повернуться и взглянуть в лицо своего наваждения. Резко отвернулась и выхватила из рук брата разноцветный шот. Выпила залпом и тут же закашлялась. Чёрт. Не самый лучший способ начинать пить таким образом. На спину легла рука и чуть похлопала.

— Спасибо, — обернулась, уверенная, что это Витя, но наткнулась лишь на снисходительную улыбку брата. Обе его руки лежат на барной стойке.

Вновь поперхнулась. Глаза непроизвольно широко распахнулись. Неужели… В тот же миг мне показалось, что спину прожигает прикосновением чужой ладони. Ведь именно ОН прикасается ко мне. Сам. Первый. Прерывисто вздыхаю. В груди всё стало вибрировать, а по коже разбежались крохотные импульсы, взрывающиеся чувственным наслаждением.

Чёрт! За эти два года всё изменилось. Усугубилось. Стало в десятки раз хуже.

— Привет, — прошептала одними губами, обернувшись к Геру.

Уставилась на кадык на его шее, не имея сил поднять взгляд выше и увидеть его глаза. С того момента, как он меня прогнал тогда, я всячески избегала встреч с Назаровым. Всеми силами. Чтобы не бредить рану. Чтобы вновь не чувствовать себя униженной.

Не увидела, а скорее уловила боковым зрением его кивок.

Молодой мужчина не задержался надолго возле меня. Сел на свободный барный стул подле Вити и подозвал к себе бармена. Выдохнула сипло и кинула беспомощный взгляд на брата, ища защиты и поддержки. Витя, чуть прищурившись и склонив голову к плечу, внимательным взглядом сверлил моё лицо. Я знала прекрасно этот снисходительный взгляд. Он всегда так смотрел на меня, когда я пыталась соврать.

Вскинула брови и с вызовом посмотрела на него. О моей влюблённости в Герасима знает вся семья. И довольно часто эта тема ставала причиной шуток со стороны братьев. До того случая два года назад.

— Что? — спросила одними губами и улыбнулась уголком губ.