Колумбина или... Возвращение голубков (СИ)

— Я расскажу тебе, Мари, что произошло тогда, в тысяча восьмисотом году, — улыбалась от воспоминаний Иона. Ей уже за пятьдесят, жизнь ещё полна ярких событий, любовь её с супругом только крепнет, а позади уже случилось немало ярких событий, которыми хотела поделиться. Она смотрела на невесту-дочь с любовью и погладила сидевшую у той в руках белоснежную голубку — Как и обещала, расскажу про Колумбину… Начну, пожалуй, с того дня… Мы были здесь, у нас в особняке…

Швеция, особняк Аминовых под Стокгольмом, лето 1800 года…

— Помогите! Спасите!.. Помогите! Спасите! — молодая женщина убегала по саду от особняка, постоянно оглядываясь и надеясь, что её не настигнут.

Те русые локоны, что не были заколоты в причёску, а завитушками спускались с плеч, развивались на ветру. Взгляд постоянно искал путь, куда убегать. Вокруг особняка был сад и высокое каменное ограждение. Отсюда был только один выход — ворота, и они там, за фонтаном. Ещё чуть-чуть, и уже можно будет выбежать за те ворота.

— Стой! — послышался позади мужской выкрик.

Женщина в шоке оглянулась, но продолжала убегать. Она видела выбежавшего из дома мужчину, а за ним и ещё группу парней. У каждого грозный вид, а одежды тёмных цветов добавляли строгости.

— Стой! Кто? — кричал ей бегущий следом мужчина, но остановился так же резко, как и она.

Оба уставились на засмеявшихся в стороне подростков-мальчиков с небольшой разницей в возрасте.

— Отец! Мы просто играли с матушкой! — воскликнул сквозь смех старший из них.

— Да, Петруша! — смеялась уже и та, кто убегала, медленно приближаясь.

Она ступала, словно величественная лань. Легко, грациозно… Она обеими руками игриво с каждым шагом поправляла подол роскошного светлого платья и смотрела только на него, своего милого, бесконечно любимого супруга — графа Петра Аминова.

Он был поражён, оглянулся на оставшихся стоять у дома парней, и те тут же скрылись обратно за стены особняка.

— Вы с ума все посходили?! — было Петру не до шуток.

Он смотрел то на мило улыбающуюся жену, то на застывших рядом трёх сыновей.

— Дорогая?! Вы только родили и уже бегаете! — возмутился он, уставившись на супругу.

— Месяц прошёл, мне можно уже и более активно время проводить, — смущённо улыбалась она.

— Иона, — мотал головой не соглашающийся с нею супруг. — И сразу бегать?!

— Нашим сыновьям нужно внимание родителей, — кивала Иона.

— Раз ты можешь бегать, то можешь и мне уделить внимание, — взглянув исподлобья, намекал начинающий успокаиваться супруг.

Сыновья тем временем, увлечённо беседуя о своём, убежали дальше по саду. Пётр поспешил заключить любимую супругу в объятия, и их губы соединились в недолгом, но трепетном поцелуе.

— Петруша, — ласково молвила Иона, положив голову милому на плечо. — Нам было весело. Машенька спит. Она ещё младенец, мы её будем баловать, потому что единственная дочь, но мальчикам тоже без нас нельзя… Нам было здесь весело. Мы бегали, играли.

— А нам было невесело, — уточнил Пётр и встретил удивлённый взгляд любимой. — Да, у нас был обычный день, у меня ученики, и тут ты зовёшь на помощь. И не просто зовёшь. Кричишь!

— Петенька, — робко засмеялась Иона. — Прости… Я не думала, что сорвём ваш урок. Просто солнышко светит, тепло, у нас долгожданная дочка родилась, месяц прошёл с её рождения, мне хорошо…

Она перечисляла, стараясь передать восторг души, гладила плечи и грудь обнимающего супруга, и он с умилением слушал и кивал. Не дав ей договорить, он закрыл её губы своими… Жаркие поцелуи, крепкие объятия. Они так стояли ещё долго в саду своего особняка и покидать блаженство, что жизнь дарила вновь, не хотелось.

Счастье накрыло их своей волной уже давно. Петру было сейчас пятьдесят. Ей — тридцать девять. Внешне они оставались ещё молодыми. Седина слегка виднелась лишь в густых волосах Петра. Иона же так и выглядела девушкой, которую он повстречал в России в далёком тысяча семьсот восемьдесят четвёртом году.

За эти шестнадцать лет вместе их чувства только крепли. Казалось, куда сильнее можно любить, но нет…. можно, и оно происходит. С каждым днём любовь наполняла души и жизнь новым светом. Теперь родилась долгожданная дочь, и судьба, казалось, продолжала дарить им всё, о чём мечтали.

Оба стремились к тому, чтобы не потерять ничего, чтобы быть прекрасными родителями и своим примером показать, какой любовь может быть и как свою судьбу можно построить, чтобы сокровенные мечты сбывались.