Кольцо с бриллиантом

Канарские острова таяли вдалеке, когда Кэролайн Нортон впервые заговорила с миссис Клэйтон. Они уже знали друг друга в лицо: Кэролайн обратила внимание на миссис Клэйтон еще в Саутгемптоне, во время отплытия, затем обе оказались на одной экскурсии по маршруту Лас-Пальмас — Санта-Бригида, но общение между ними ограничивалось улыбками.

Кэролайн некоторое время колебалась, прежде чем нарушить одиночество погруженной в свои мысли женщины. Шарф соскользнул с плеча миссис Клэйтон и лежал у самого края палубы, откуда его в любой момент могло сдуть в море, а сама она задумчиво смотрела на быстро удаляющиеся острова. Может быть, она когда-то жила на Канарах — такую задумчивость обычно рождают воспоминания.

— Ваш шарф сейчас упадет в море.

Кэролайн наклонилась и подняла яркий шелковый прямоугольник. Миссис Клэйтон обернулась. Какое-то мгновение она, казалось, собиралась с мыслями, затем улыбнулась.

— Спасибо вам большое! — Их руки соприкоснулись, когда шарф возвращался к владелице. — Было бы обидно, если бы я потеряла этот шарф. Я его очень люблю. — Она рассеянно протянула переливчатый шелк меж пальцев. — Кажется, я задумалась.

Кэролайн кивнула и пошла дальше.

— Пожалуйста, подождите, — остановила ее миссис Клэйтон. — Останьтесь, пожалуйста. Если, конечно, вам не хочется побыть одной.

— На корабле это нелегко, — засмеялась Кэролайн. Они вместе пошли по палубе. — Вы много путешествовали? — поинтересовалась девушка.

— Я путешествую всю жизнь. — В сине-серых глазах отразилось сине-серое море. — Маршрут, по которому мы плывем, — из Саутгемптона в Кейптаун — я знаю наизусть: мой муж работал судьей по всей Южной Африке. Он умер год назад.

Последовало молчание, которое Кэролайн не решилась нарушить.

— Я только начинаю понимать, что это значит — быть вдовой. А в море одиночество чувствуется еще острее. Мы с Альфредом часто шутили по этому поводу, а оказалось, что ничего смешного тут нет. Так много женщин отправляются в морские путешествия, чтобы отвлечься, забыть какую-то часть своей жизни, а в результате лишь убеждаются, как они на самом деле одиноки. — Миссис Клэйтон улыбнулась. — Нелегко найти себе подходящее общество и при этом не задеть чьи-то чувства. Если мужчина любезен с тобой и приглашает тебя на танец, всегда невольно думаешь: а не сидит ли его жена во-о-н за тем столиком?

— Вы играете в бридж? — сменила Кэролайн тему разговора.

— По правде сказать, я его ненавижу, хотя Альфред считал, что в бридж должна играть каждая женщина, занимающая определенное положение в обществе. Вот мой сын Роберт — настоящий мастер, но он говорит, что теперь редко можно найти хороших партнеров. Он занимается выращиванием винограда — у нас земля в долине Хекс-Ривер. Ты знаешь, где это?

Кэролайн покачала головой:

— Это моя первая поездка в Африку. — И засомневалась, стоит ли продолжать, — незамысловатая история ее жизни могла показаться собеседнице скучной. Наконец она решилась: — Моя мама родилась в Натале, и я еду к бабушке. Увижу ее в первый раз.

— В Натале тебе понравится, — заверила ее Джулия Клэйтон. — Особенно погода — в это время года она замечательная. Тебя встретит бабушка?

— Ах нет, конечно. Она уже не в том возрасте, чтобы предпринимать далекие путешествия. Я думаю, приедет мой двоюродный брат. Его я тоже никогда не видела, но мне о нем рассказывала мама. — Зеленые глаза Кэролайн смотрели вдаль, туда, где черта горизонта разделяла небо и море. — Вся эта поездка для меня немного необычна. Недавно умер мой отец, и сразу после этого бабушка написала, чтобы я приехала к ней. Она так и не смогла примириться с замужеством моей матери. Мало того, что мой отец был англичанином, он еще настоял на своем возвращении в Англию и взял с собой жену. Для бабушки это было немыслимо! Она очень гордая пожилая леди. Гордится своим поместьем и фамилией Вермеер. Представляете, она в одиночку управляет «Салемом» с тех пор, как умер мой дед!

— И теперь ты останешься жить с ней?

— Я думаю, это не от меня зависит. — Кэролайн улыбнулась. — Вот что она написала в письме: «Приезжай, и я посмотрю, из чего ты сделана: из пустой породы или чистого золота».

— Восхитительно! — Джулия подвинула стул ближе к поручням, обрамляющим палубу, — туда падали лучи заходящего солнца. — Могу ее себе представить: несгибаемая леди — потомок первых голландских поселенцев, с высоко поднятой головой и суровым характером. Такому типу женщин Южная Африка многим обязана. Как давно твоя семья осела в Натале?

— Я точно не знаю, но это случилось еще до рождения моей матери. У нее было двое старших братьев — они умерли.

— А твой кузен, который встречает тебя в Кейптауне, получается, сын одного из братьев?

— Да. Гейни назвали в честь его отца, Генриха Вермеера. А самым старшим был Виллем, он погиб. Несчастный случай.