Когда ты рядом

Натыкаться на стены было для Лиз делом привычным, но вот попасть под машину – это уже совсем другая история. За долю секунды перед тем, как ее руки уперлись в холодный цемент, чтобы смягчить удар, молодая женщина успела понять, что с ног ее сбил сильный удар в спину. Над ухом раздался визг тормозов и пронзительный женский крик.

Лиз встала на четвереньки, и в ту же секунду кто-то вытащил ее на тротуар, забитый людьми.

– По сторонам смотреть надо, – раздался глубокий хриплый голос. Как оказалось, он принадлежал женщине, с ног до головы одетой в синий и серебряный цвета «Морских ястребов». – После матча надо все время держать ухо востро. На тротуаре и на проезжей части полно народу.

Втянув в себя холодный ноябрьский воздух, Лиз шумно выдохнула:

– Меня кто-то толкнул. – Она обернулась, чтобы взглянуть на стоявших позади нее людей, и чуть было снова не свалилась с тротуара. – Меня кто-то толкнул, – сдавленным голосом повторила она. – Кто-нибудь из вас видел, как это случилось?

– О чем вы? – удивился пожилой мужчина.

– Я ничего не видела, – сказала женщина в красной куртке.

Пожилая негритянка похлопала Лиз по плечу:

– Боюсь, вы ошиблись.

– Видимо, она не соображает, что говорит, – добавил ее спутник.

Людские голоса слились в голове Лиз в одну сплошную какофонию, и только одна мысль не давала ей покоя: этого человека никто не видел. Снова. Загорелся зеленый свет, и мимо Лиз двинулись многочисленные пешеходы. Дрожа от волнения, она продолжала сидеть на земле, не сводя глаз с проходящей мимо нее массы людей. Никто не бросал косых взглядов и не оказывал ненужного внимания женщине, которая чуть было не угодила под машину. Ничто не выдавало присутствия человека, который столкнул ее с тротуара.

А вдруг это был не мужчина? Лиз не знала, кто охотится за ней, и эта неизвестность мучила ее больше всего. Лиз понятия не имела, где искать врага и как узнать его. И все-таки она верила, что в холодном и дождливом Сиэтле ей будет безопаснее, чем в родном техасском городке.

Однако она ошибалась...

Чувствуя, как сжимается от страха желудок, Лиз читала анонимное электронное письмо. Это было уже третье письмо за то время, что она провела здесь. Вместе с назойливыми звонками и кроваво-красной розой, которую Лиз обнаружила на водительском сиденье своей закрытой машины, этого было достаточно, чтобы держать ее в постоянном страхе.

«Мисс Бартон, от всей души надеюсь, что вы хорошо проведете День благодарения в Каньон-Рок. Самолет изПортленда полетит переполненным, как это обычно бывает в праздничные дни. Но несмотря ни на что, члены семьи на День благодарения должны быть вместе. Уверен, что ваши брат, невестка и маленькая племянница Женевьева скучают по вас. И все же жаль, что эта прелестная крошка вырастет, так и не узнав свою тетю. Вы думаете, что правильно поступили, уехав из дома?»

Письмо не было анонимным. Его подписала некая Немезида. Но Лиз не сомневалась, что это псевдоним. Будучи писательницей, Лиз знала, что Немезидой называли богиню мщения. Правда, Лиз с каждым днем все больше убеждалась в том, что ее преследователь – мужчина. Не богиня, а дьявол.

Лиз поерзала на стуле. Ее знобило. Даже включенное отопление не помогало – поскольку холод шел изнутри.

Почему Немезида упомянул имя Женевьевы? Он уже не в первый раз заговаривал о семье Лиз, но конкретное имя назвал впервые. Неужели этим письмом кто-то пытается угрожать ее маленькой племяннице?

Раз преследователь знает о ее планах, никакой речи о поездке домой на праздники быть не может. Ей не удастся незаметно выехать из Сиэтла на машине и вылететь из аэропорта Портленда. Зачем рисковать, если преступник сможет легко перехватить ее по прилете и сделать неизвестно что с ее семьей?

Джошуа остановился перед дверью в квартиру Лиз.