Когда идет дождь

Она была одинока.

Нет, не так.

Она. Была. Одинока.

Не в том космическом, возвышающем смысле, а в самом низменном, дающем право на насмешливые взгляды и злые пересуды за спиной.

Она так и слышала эти дребезжащие презрением голоса:

– Скоро сороковник, и ни разу замужем не была!

– Интересно, когда рожать думает?

– Вот-вот, климакс нагрянет, а на уме только карьера…

Хотелось выйти на улицу, зажмуриться и закричать…

Что закричать?

Внутри было так много обиды на жизнь и на несправедливость судьбы, что слов не хватало, и выразить эту обиду можно было только одним звуком – "а-а-а!".

"А-а-а!" – кричала она мысленно каждый день, возвращаясь домой на свои элитные сто сорок пять метров.

"Может, котёнка?" – робко обрывал этот крик внутренний голос.

Кошек она терпеть не могла.

Собак тоже.

Рыбок, птичек и хомяков на дух не переносила.

Проблему одиночества космос решать отказывался, с каждым годом приближая рубеж под названием "одинокая старость".

Сегодня всё было как всегда – она мысленно закричала "а-а-а!", возвращаясь с работы. Внутренний голос спросил "может, котёнка?". "А, может, пятьдесят грамм?", перебила она его и достала из буфета коньяк.

Это стало традицией – глушить одиночество хорошим дорогим коньяком.

Тёмная жидкость плескалась на самом донышке, нужно было пойти в магазин и обновить запасы.

Она уже накинула плащ, как вдруг представила – одна, под моросящим дождём, почти в ночь, непричёсанная и в тапках, – бредёт к магазину.

Представила лица соседей, случайно увидевших её в окно или встретивших на прогулке с собакой.

– Спивается баба…

– Жалко…

– А чего жалеть, сама виновата…

Спасительно запищал скайп.

Жанна на связи. Лучшая подруга на связи. А может, и не лучшая, и не подруга, а так…

Кто-то же должен был ей хоть иногда говорить – "Лена, ты как?".

– Лена, ты как?

Жанна была в толстом банном халате, с мокрыми волосами.

Без тональника веснушки на лице казались жирными чернильными кляксами.

"Ну, и уродина", – привычно подумала Лена и бодро ответила:

– Да лучше всех!

– А чего в плаще? Собралась куда-то?

Жанна откусила от яблока и захрустела оттопыренной щекой – мерзко, противно и вызывающе.

Лена присела на краешек стула.

Сказать ей правду в лицо?

Ты мне противна!

Могла бы нормально одеться, причесаться и не хрустеть мне в лицо…

Но Лена сказала:

– Прогуляться хотела.

– Понятно.

Жанна яблоком указала на коньячную бутылку с содержимым на дне и многозначительно повторила:

– Поня-ятно… А у меня новость.

– Какая? – без интереса спросила Лена и допила коньяк из горла – плевать, что это видит лучшая подруга, которая, может, и не лучшая, может, и не подруга…

– Я замуж выхожу. Вот. – Жанна протянула руку с обручальным кольцом к монитору. – Видишь кольцо?

– Вижу, – сказала Лена, хотя кольцо не увидела. Она видела только костлявую руку, веснушки, пальцы без маникюра и неправильный прикус, оставленный на сочной мякоти яблока. – И кто он? – спросила она в надежде услышать смех и ответ "Я пошутила!".

– Сейчас познакомлю, – жуя, ответила Жанна и, вполоборота развернувшись к двери, закричала. – Дэн! Выходи!

Лена хотела захлопнуть крышку компьютера, но не захлопнула, потому что в последний момент появилась надежда, что в дверь зайдёт мерзкий тип с пивным брюхом.

Дверь открылась.

Он вытирал голову, полотенце скрывало его лицо, но она уже поняла – крышку нужно было захлопнуть. И пойти за бутылкой, наплевав, что подумают о ней встреченные случайно соседи.

– Ты меня звала, малыш?

– Звала! Познакомься с Ленкой.

– Привет! – он улыбнулся и помахал ей полотенцем.

Лет тридцать пять, белые зубы, грива русых волос и шрам на плече.

– Привет…

– Ленк, у Дэна с работой проблемы, может, к себе возьмёшь?

– Возьму, – усмехнулась Лена. – Пусть завтра к восьми приходит.

– Лен, ты даже не спросила, кто я по специальности, – тряхнул головой Дэн.

– А кто ты по специальности?

– Лен, он электрик. Классный. Но при этом очень неплохо пишет.

– Понятно, – Лена кивнула, – электрики нам нужны. А стихи давно не формат.

– У меня не стихи, – улыбнулся Дэн.

– Рассказы тоже не формат.

– У него роман, Лен. Суровая мужская проза, как раз твой отдел. Ну, не самотёком же нам его в издательство присылать!

– Хорошо, завтра жду, – сухо ответила Лена и, наконец, захлопнула крышку.

Она встала и пошла в магазин, но от лифта вернулась, разделась и залезла под душ.

И где она его отхватила?

Это была единственная мысль, которая стучала в висках под горячими струями.

– Что, совсем плохо?

Это была упоительная минута власти над ним, поэтому она медлила с ответом.

– Ты электрик какого разряда? – спросила Лена, опытным глазом редактора просматривая рукопись на мониторе.

– Понятно.

Дэн встал – не очень высокий, но и не низкий, не то, чтобы совсем уж красавец, но с очень высоким манящим коэффициентом.

– Что понятно?

– Что дрянь написал.

– Я ещё почитаю, дома, внимательно. Неужели ты думаешь – пробежал текст глазами и сразу всё понял? Лучше скажи, откуда у тебя шрам.

– Какой шрам?

– На плече.