Код Майя--MMXII

(философический квест)

«Есть многое на свете, друг Горацио,

что и не снилось нашим мудрецам»

Шекспир, «Гамлет».

Признаюсь, что очень долго думал, браться или нет за эту тему. Потому как вслух признать серьёзный интерес к гороскопам разного рода – нет ничего разрушительнее для репутации серьёзного аналитика. Впрочем, после фантазий на тему расшифровки «кода Булгакова» этой репутации и так ничего не грозило.

С другой стороны, где ещё найти актуальную тему для исследования, чтобы была сложнее и интереснее, чем булгаковщина. Предсказанный жрецами майя конец счёта дней в декабре 2012 года – ныне самая популярная тема. Поэтому всё же признаюсь – да, таки угораздило меня, увлёкся гороскопами… Речь, разумеется, не о банальных зодиакальных знаках и «ретроградных сатурнах».

Вряд ли я вообще стал даже пролистывать книгу с названием «2012. Сенсационное исследование древних пророчеств», если бы не фамилия авторов – Зима. Эх, раз уж на то пошло, то признаюсь и в этом: Две книжки Зим, посвященные расшифровке пророчеств Нострадамуса, прочёл в своё время, в конце прошлого века, с большим интеллектуальным удовольствием. Не то чтобы их трактовки меня устроили, но в нахождении ключей и выстраивании гипотез Д.и Н.Зима проявили изрядное остроумие, сильно отличающее их подход от других опусов на эту тему.

В данном случае, что касается изложения символики майянского календаря, а также комментариев к ним из древних майянских текстов, то здесь Зимы превзошли сами себя в скромности и корректности интерпретаций. В отличие от всех прочих книг о «майя­нском апокалипсисе» 2012 года, здесь отсутствует обычная «гороскопическая» мешанина и отсебятина, а есть просто написанный дайджест достаточно серьёзных исследований, позволяющий детально разобраться в первоначальном источнике.

Однако наибольшим сюрпризом для почитателя обеих версий «психоистории» от А.Азимова и Л.Гумилёва стал приложенный «гороскоп майя» или, скорее, таблица социа­льно-психологических типов, вроде соционики, но не формальная схема, а удобная и работающая на практике эмпирическая система.

Для дальнейшего изложения придётся описать базовый цикл календаря майя как схему «гороскопа» из 20 знаков, имеющих символические имена:

Кроме первичного цикла из 20 дней есть вторичный, он же основной цикл, охваты­вающий 20 периодов по 13 дней, то есть всего 260. Люди, родившиеся в дни, отстоящие друг от друга на число, кратное 260, принадлежат не просто к одному знаку, а являются двойными «тёзками». С одним уточнением: день у майя считается, начиная и заканчивая восходом солнца.

Здесь можно привести несколько примеров, заставляющих отнестись к «гороскопу майя» намного серьёзнее, нежели к схемам той же наукообразной секты «социоников». Например, такие любопытные пары, как Ленин и Маркс (общий знак Лестница в цикле Владыка), Юнг и Фрейд (Тростник в Зерне). Или такой факт, как общий знак у Сталина и Брежнева (Ягуар), которые при этом оба официально праздновали день рождения в иной день, маскировались – Брежнев (Ягуар в Ночи) прикидывался «деревом», а Сталин (Ягуар в Лестнице) оборачивался столь же природным «ветром». Если же прибавить к этому, что царь Иван Грозный был «Ягуар в Ягуаре», то это и вовсе выглядит великолепно.

Что же это получается, одноимённые знаки тянет друг к другу, люди ощущают себя продолжателями дела близких к ним по знаку деятелей? Можно даже проверить в обратном порядке на других примерах. Вот, скажем, философ Шопенгауэр не скрывал восхищения Вольтером. Используя таблицу вычислений в книге Зим, обнаруживаем, что оба попадают в одну и ту же 203-ю из 260 ячеек – «Ночь в Грифе»

Такого рода единичные совпадения – пока всего лишь почва для предположений, а не доказательный аргумент. Намного интереснее и содержательнее совпадение социально-психологических портретов с символическим описанием майянских знаков. Например, знак «Лестница» несет в себе ряд смыслов – во-первых, идеи равенства и упорядочения, а во-вторых, опора для движения наверх. Люди этого знака воспринимают общее (в том числе и имущество) как своё личное дело, и стремятся руководить этим. Поэтому совсем не удивительно, что кроме Ленина и Маркса здесь же оказался и Чубайс.