Книжное сердце (СИ)

 Помещение было не очень большим, но вмещало в себя всё необходимое для приёма пациентов и проведения процедур. За письменным столом, тихонько пощёлкивая мышкой и глядя в экран монитора, сидел мужчина в белом халате. Рядом на стуле притулился ещё один мужчина, но помоложе, белокурый, в таком же халате.

   - Вы как-то обмолвились, что работаете над какой-то новой методикой помощи пациентам с нервными расстройствами, - тихо, почти шёпотом, начал светловолосый. - И как успехи, если не секрет?

   Он украдкой посмотрел в угол помещения, где стояла кушетка, на которой лежал мужчина лет сорока. Его голова была опутана проводами, а среди русых волос были видны датчики, из которых эти провода и тянулись к нескольким приборам, расположенным на столах рядом с кушеткой. Они жили своей электронной жизнью и как-то даже весело мигали огоньками и попискивали. Мужчина лежал с закрытыми глазами, и под веками его глаза двигались, что говорило о том, что он спит и ему в настоящий момент что-то снится. Молодой доктор боялся разбудить его, поэтому разговаривал очень тихо.

   Первый врач повернулся к собеседнику и тоже негромко ответил:

   - Вообще-то ещё рано говорить об успехах, коллега, но кое-какие подвижки есть. Ряд пациентов уже звонили и благодарили за помощь, говорили, что стали лучше спать и у них появилось хотя бы желание попытаться что-то сделать, чтобы выбраться из затруднительной жизненной ситуации. И таких уже семнадцать человек. Этого, конечно, слишком мало, чтобы говорить о доказанном положительном эффекте методики и выводить какую бы то ни было статистику, но, как говорится, начало положено.

   - Я понимаю, что мой вопрос будет слишком бестактным или даже наглым, но не могли бы вы хоть что-то рассказать о своей методике и над чем вы работаете?

   - Извините, коллега, я уже говорил, что слишком рано делать какие-либо выводы. Может, эта методика вовсе не методика, а просто самостоятельные волевые усилия пациентов, может, они сами себе помогают справиться со стрессами и нервным напряжением. Могу сказать о своей методике только одно - моим пациентам нужно всего-навсего управлять автомобилем.

   - А как будет управлять автомобилем пациент, который не умеет этого делать? Если он не водитель?

   - Не волнуйтесь, коллега, - улыбнулся врач постарше. - Там они все водители.

   И перевёл взгляд на мужчину на кушетке.

   ***

   Макс стоял около дома и смотрел на свою припаркованную у подъезда машину. Глянув на часы на левой руке, он понял, что надо торопиться, не то опоздает. В мыслях царил какой-то сумбур, никак не складывалось чёткое понимание, куда он торопится, но в то же время крепла уверенность: надо ехать, обязательно ехать. С этим навязчивым ощущением он быстро сел за руль.

   Мысли опять путались, перескакивали с одного на другое, и очнулся он, когда уже выехал на загородную дорогу. Макс понимал, где он должен примерно находиться, но почему-то не узнавал местность, по которой его сейчас вела дорога.

   Какое-то время он просто ехал и ехал, следуя внутреннему зову, требовавшему продолжать путь и ни на что не отвлекаться.

   Но тут что-то привлекло его внимание. Он остановил машину и из окна увидел довольно необычное зрелище. Недалеко от дороги, на ровном круглом пространстве, покрытом короткой мягкой травой, расположились словно в хороводе десятка два красных мухоморов с традиционными белыми крапинками.

   Полянка была до того милой, что Максу захотелось растянуться в её центре и, закрыв глаза, лежать так целую вечность. Что он и сделал прямо в своём дорогом костюме, не заботясь о его чистоте после такого лежания.

   Он лежал, раскинув руки в стороны, в форме креста, дотрагивался до мухоморов, до которых мог дотянуться, поглаживал их, и так ему было хорошо...

   Через какое-то время в это ощущение блаженства стало вторгаться что-то неприятное: сначала появился очень резкий едкий запах и Макс открыл глаза, медленно сел. На его глазах мухоморы вокруг стали сморщиваться, менять цвет на неприятно-зелёный и из них стал сочиться дымок. В добавление к этому земля под мужчиной начала бугриться и он ощущал резкие настойчивые толчки снизу, которые не давали никакой возможности ни сидеть ни лежать. Поляна как будто выталкивала его из своего чрева.

   - Но я не хочу уходить, - с досадой сказал Макс, чувствуя очередной толчок под зад. - Мне здесь хорошо.

   Поляна его не слушала. Толчки становились сильнее, поверхность бугрилась всё больше, а дым от мухоморов более едким. Макс закашлялся, стал протирать слезящиеся глаза и с трудом поднявшись, заковылял к краю поляны, откуда виднелась дорога и оставленный им автомобиль.

   Снова засвербила мысль: надо ехать. Сев в машину, Макс с каким-то упрёком посмотрел в сторону поляны: ведь мне было так хорошо и спокойно, не было никаких назойливых людей, телефонных звонков.

   Откуда у него в этот момент появились в голове образы этих людей и звонков, он не понял и быстро забыл об этом, снова поворачивая ключ в замке зажигания и трогаясь с места.