Клятва повесы

Октябрь 1819 года

Нортхемптоншир

— Пора бы трогаться в путь. Похоже, за нами гонятся сами бестии из преисподней.

— Что? — Очнувшись от неприятных раздумий, Вейн Кинстер огляделся. Его взгляд скользнул по догонявшим их грозовым тучам и остановился на Дагтане, груме. — Проклятие! — Вейн посмотрел вперед и дернул вожжи.

Пара отборных серых коней, впряженных в кабриолет, пустилась мощной рысью.

— Как по-твоему, мы убежим от грозы?

Задумчиво взглянув на тучи, Дагган покачал головой.

— До нее мили три, а может, и все пять. Нам не хватит времени, чтобы вернуться в Кеттеринг или доехать до Нортхемптона.

Вейн чертыхнулся. Его волновала отнюдь не перспектива промокнуть до нитки. Он был в отчаянии и, внимательно следя за дорогой, мысленно искал выход, путь к спасению.

Всего несколько минут назад он думал о Девиле, герцоге Сент-Ивзе — своем кузене, партнере по детским играм и близком друге — и о его жене. Теперь Онория — герцогиня Сент-Ивз. Та самая Онория, что приказала Вейну и еще четырем холостым членам коллегии Кинстеров не только заплатить за ремонт крыши церкви в деревне Сомершем, но и присутствовать на церемонии ее освящения. Признаться, деньги, которые она стрясла с них, были добыты нечестным путем: это был выигрыш в пари. Ни Онория, ни их матери не одобрили предмет их спора. Ну что ж, старая примета, гласившая, что из всех женщин мужчины семейства Кинстеров должны опасаться только своих жен, проверенная несколькими поколениями, подтвердилась и на этот раз. Поэтому-то мужчины и не любили затрагивать столь щекотливую тему.

И именно поэтому Вейну нужно было срочно убежать от грозы. Около года назад судьба, тоже во время грозы, свела Девила и Онорию в такой ситуации, из которой единственным выходом была свадьба. Вейну не хотелось лишний раз испытывать судьбу.

— Беллами-Холл! — Он ухватился за эту идею как утопающий за соломинку. — Мы спрячемся от грозы у Минни.

— Отличная мысль! — В голосе Даггана прозвучала надежда. — Спуск должен быть где-то здесь.

Спуск оказался прямо за следующим поворотом. Вейн на полной скорости влетел на узкую неровную аллею и, тихо выругавшись, придержал лошадей — он слишком дорожил этой парой, чтобы рисковать ею на глубоких выбоинах. Кабриолет медленно тащился по дороге, а Вейн угрюмо следил за надвигающимися тучами. Рано сгустившиеся сумерки и вой ветра создавали атмосферу нереальности.

Он уехал из Сомершем-Плейс, резиденции Девила, вскоре после обеда. Все утро они провели в церкви, на церемонии освящения крыши. Оставив Девила наслаждаться обществом жены и сына, Вейн отправился в Лемингтон, к своим друзьям, планируя доехать до Нортхемптона и с комфортом устроиться в «Голубом ангеле». Однако судьба нарушила его планы — придется переночевать у Минни.

Там ему ничто не грозит!

В проеме между живыми изгородями Вейн увидел реку, в которой отражалось свинцово-серое небо. Это была река Нин — значит, Беллами-Холл уже близко. И действительно, вскоре показался особняк, стоявший на длинном пологом склоне над рекой.

С его последнего визита сюда прошли годы — Вейн даже не смог вспомнить сколько, — однако он не сомневался в радушном приеме. Араминта, леди Беллами, эксцентричная богатая вдова, была его крестной. Господь не даровал ей детей, поэтому она никогда не обращалась с Вейном как с ребенком, со временем став его близким другом. Иногда слишком прямолинейным и резким в своих нотациях, но все же другом.

Дочь виконта, Минни, была рождена для высшего света. После смерти мужа, сэра Хамфри Беллами, она отдалилась от общества, предпочтя спокойствие Беллами-Холла, где умело правила своим царством, населенным бедными родственниками.

Однажды Вейн поинтересовался, зачем она окружает себя дармоедами. Минни ответила, что в ее возрасте изучение человеческой природы — это единственное доступное развлечение. Сэр Хамфри оставил ей достаточно денег, чтобы она могла потакать своим прихотям, а Беллами-Холл, причудливый и огромный, был достаточно просторен, чтобы вместить многочисленных обитателей. В угоду здравому смыслу Минни и ее компаньонка, миссис Тиммз, время от времени наведывались в столицу, оставляя своих подопечных в Нортхемптоншире. Вейн всегда заезжал к ней, когда она бывала в городе.

Сначала над деревьями показались готические башенки, затем появились кирпичные воротные столбы с тяжелыми коваными створками. Вейн въехал в ворота. Итак, они победили грозу! Судьба не застала его врасплох!

Лошади рысью бежали по прямой, похожей на туннель подъездной аллее. Огромные кусты по обе стороны от аллеи склонялись под напором ветра, вековые деревья отбрасывали тень на гравий.