Проект: Клон Гитлера

© Антон Кротков, 2015

Создано в интеллектуальной издательской системе Ridero.ru

Стояла чудесная весенняя ночь. Со всех сторон находящегося на ходовом мостике субмарины капитана-лейтенанта Эриха Кемпке обступали исполинские скалы фьорда, создавая ложную иллюзию, что крошечной скорлупке корабля ничто не угрожает в их успокоительной тени. Но главное, что небо было плотно затянуто низкими слоистыми облаками и потому подводной лодке не надо было сразу воровато нырять, едва выйдя за портовый мол. В такую погоду вездесущим британским воздушным охотникам их было не достать даже с помощью бортового радара. Этот чёртов радар был дьявольским оружием или скорее карой господней на их грешные головы. С его помощью англичане на значительном удалении могли видеть немецкие субмарины. В хорошую погоду местные воды превращались в охотничьи угодья, где многочисленным вражеским самолётам и эсминцам всегда не хватает дичи.

Всего раз Эриху довелось побывать в роли убегающего зайца, но и этого хватило, чтобы на его висках появилась ранняя седина. С тех пор в ночных кошмарах его часто преследовал похожий на визг бормашины, звук прощупывающего океанскую толщу асдика (радара).

Впрочем, пока ему везло. Большинство же его товарищей уже лежали в своих стальных гробах на морском дне. Кстати, где-то в этих местах. Только два дня тому назад на подходе к базе «U-387» была разорвана на куски глубинными бомбами, сброшенными с британского «Сандерленда». Изуродованные тела двух членов её команды взрывной волной были вынесены на поверхность. Патрульные катера подобрали их и доставили в порт. Эрих хорошо знал этих парней. С одним из них — помощником командира «U-387» они даже вместе учились в морской школе. На похоронах Эрих увидел, что вскоре ожидает их всех. На какое-то время он был просто раздавлен видом того, что осталось от его добродушного весельчака-приятеля. Обычно подводники редко видят трупы убитых, смерть, как правило, приходит к ним один раз, чтобы сразу забрать с собой весь экипаж. А тут ещё адмирал Денниц зачем-то приказал хоронить погибших моряков в открытых гробах. Почему он так поступил? Наверное, чтобы остальные не питали иллюзий…

Полчаса тому назад подводная лодка «U-975» вышла из под бетонного свода бункера-укрытия и взяла курс в открытое море. Впрочем, до открытого моря им предстояло много часов петлять по узкому фарватеру, проходить в притирку к острым, как зубы дракона, рифам, и в любую секунду ожидать внезапной атаки врага…

Для Кемпке начавшийся поход с большой вероятностью должен был стать последним в карьере и в жизни. Одним росчерком пера их обожаемый «Папаша Карл» — адмирал Денниц приговорил немногих, пока ещё живых везунчиков к неминуемой смерти. Согласно приказу Гросс-адмирала последние 15 субмарин атлантической флотилии должны были идти к побережью Англии и воевать там до последней торпеды и последнего сухаря. Так их обожаемый адмирал и фюрер понимали тотальную войну.

Что ж, таков был приказ и ослушаться его Эрих не мог. Теперь даже их новейший быстрый двигатель системы Вальтера и «шноркель», позволяющий лодке значительное время не всплывать для подзарядки аккумуляторных батарей, отвода отработанных газов и пополнения запасов кислорода, оказывались как бы и не к чему. Всё одно они шли к эшафоту, так какая по большому счёту разница: разбомбят ли их здесь — в окружении мрачных скал, или торпедируют в виду зелёных ирландских берегов.

Впрочем, пока кроме Эриха никто из команды об их печальной участи не догадывался.

Из открытого рубочного люка тихо лилась граммофонная мелодия, слышался аппетитный запах жаренных сосисок и картофеля. Только что отремонтированный корабль легко давал 19 узлов, так что норвежский берег с его уютным офицерским казино и привлекательными блондиночками уже остался где-то далеко за кормой.

Неожиданно из двенадцатиметровой шахты рубочного люка донёсся грохот кованых сапог по железу — кто-то медлительный и грузный неторопливо с частыми остановками поднимался к нему на мостик. Это был радист. Молча со скорбным выражением на широком бородатом лице этот неловкий толстяк протянул командиру две только что расшифрованные им радиограммы. Первая была получена в 21. 34 по судовому времени. В ней говорилось о самоубийстве фюрера и падении Берлина. Во второй содержался приказ командира 3-флотилии немедленно возвратиться в базу.

Как следует всё обдумав, Эрих решил идти в базу в подводном положении. После смерти Гитлера и падения Берлина он опасался измены. Для потомственного морского офицера не было худшего греха, чем позволить пленить свой корабль.