Хомячок на лезвии 2

Я сидел на самом краю висящего бассейна, глядя на то, как вниз, на город, падает пепел от успокаивающей мятной сигареты. Очередная судорожная затяжка – и маленькие хлопья, тлея, снова парят над бездной, слегка лениво покачиваясь из стороны в сторону. Эту пачку мне презентовал Мастер Максимиллиан Сафатера, на случай «когда все скатится во ржу и будет казаться, что все усилия бессмысленны, а жизнь закончена. Они позволят посмотреть на ситуацию с трезвой головой». Да, он так и сказал. Не «если», а именно «когда». Видимо, уже на этапе сборов что-то подозревал.

Привязка болезненно ныла, не давая забыть о тех резких рывках от моего так называемого Мастера. Странно, что она так быстро успокоилась. Я думал, она еще минимум сутки будет пытаться вырвать мне душу, скручивая и дергая ментальный жгут. Может, у нее даже получится разорвать связь, она ведь талантливая девушка. Говорят, Оружия после такого становятся буквально овощами. И теряют смысл жизни. Со мной тоже это произойдет?

Наверное, если появятся подобные предпосылки, лучше сразу завершить свое существование. Пусть с миссией разбираются уже Кайден и Ланселот. Благо с сэвеном, который останется с ними после моей смерти, восстановить свой боевой потенциал они быстро смогут. А муж главы клана лучше разберется в проблеме… наверное… если не станет таким же овощем, как и я, не ощутив в этом мире свою госпожу. М-да…

Эти сигареты хорошо помогают мыслить логически, без эмоций. Не справятся они. У Кайдена сейчас на уме только малолетний Мастер, у Ланселота в голове будет тоже Мастер, но потерянный.

И несмотря на то что я сейчас в совершенно подвешенном состоянии, соображаю еще здраво. Значит, надо действовать, пока окончательно не рассыплюсь во ржу. Надежда только на то, что Лали не сразу разберется, как отравить мне жизнь через связь. И не станет мешать, хотя бы до освобождения детей.

Лали… зачем она вообще это сделала? Зачем притворялась? Зачем лгала? Ведь получается, все ее рассказы об этом мире, об отношениях с артефактами – ложь. Ну, раз ей так надо было преодолеть мою бдительность и привязать, то ради чего?

Я сделал еще одну затяжку, снова напрочь избавляясь от эмоций. Запах мяты наполнил сознание и очистил разум от ненужных примесей.

Нет, что-то не сходится. Ладно, допустим, Лали лгала. Но все остальные? И весь мир, который я видел, чувствовал. Надо быть совсем нездоровым на голову параноиком, чтобы заподозрить столь масштабную мистификацию-ловушку с участием множества существ и даже природных явлений.

Или?

Бред.

А еще… я же почувствовал ее ужас. Она испугалась больше, чем я, и тут невозможно было солгать. Особенно когда привязка вот только вошла в ауру, в тело, в кровь. Это первое единение всегда до донышка. А ей это точно знать неоткуда, она со стопроцентной вероятностью дитя этого мира.

Это что получается?

Она не хотела? Не знала, что я по ее меркам артефакт?

Но тогда… получается, именно я – главный злодей в ее истории. Как иронично. Тогда почему больно именно мне?

Решительно затушив сигарету, я встал и пошел одеваться. Надо ехать к Кайдену. Думаю, там я найду ответы на многие вопросы. Заодно успею перехватить Крыкса, объяснить ему свое видение и понимание ситуации. Возможно, он поможет найти, уговорить и образумить Лали. Нам надо поговорить.

– Что? – Глаза Кайдена стали неправдоподобно большими, а потом наполнились каким-то жалостливым недоумением. – Мез, ты идиот? Она же не скрывала, что родилась в питомнике.

– И что?

– О прародитель! А подумать? Кто будет растить в питомнике обычных людей? Они и так плодятся словно цвирки! Тебе прямым текстом с самого начала было сказано, что девушка – оператор! Если ты не хотел слушать и слышать, то это не она тебя обманула, а ты сам себя обманул! Точнее, получается, ее обманул. Самый главный страх здешних операторов – насильственная привязка. Рабство у артефакта.

– И именно потому я ее ни в чем не обвиняю. Случилась ошибка. И нам надо ее исправить. А мой новоявленный Мастер сбежал в туман и дергает за связь так, будто хочет устроить мне внеплановый инфаркт.

– Ага, я вижу. Небось успел наговорить всякого? Или не успел, она раньше сбежала? – Я неуверенно кивнул, вспоминая наши эмоциональные перекрикивания. Вроде тогда она меня даже не слушала, полностью растворившись в своих страхах и эмоциях. А Кайден наморщил лоб и вдруг болезненно нахмурился. – Слушай. Мне тревожно. Здесь она не появлялась, куда могла еще пойти? Дело в том, что оператор сразу после привязки… короче, не слишком адекватен и совершенно беззащитен. Хотя, конечно, не уверен, что такое происходит после привязки к Оружиям из нашего мира. Я свою привязку, как ты помнишь, спокойно пролежал в обмороке.

– Надо расспросить этого цвирка. Он все еще у тебя обитает? – Я старательно давил тревогу в душе, но она все равно росла.

– О чем расспросить?