Хождение в Кадис
Описание
Афанасий, новгородский отрок, воспитанный в монастыре, обречен на борьбу за престол. Но равнодушие к трону приводит его к бегству и новым знаниям в Стамбуле. Его путь – от мстителя до пирата Барбароссы, а затем и толмача Христофора Колумба. В историко-приключенческом романе Якова Шехтера переплетаются героика, романтика, мистика и тайны древних учений. Афанасий сталкивается с вопросами веры, дружбы и греха, открывая невероятные возможности и переживая головокружительные приключения.
© Яков Шехтер, текст, 2022
© Александр Кудрявцев, дизайн обложки, 2022
© ООО «Флобериум», 2022
© Александр Кудрявцев, обложка, 2022
«История – наставница жизни».
«Я, Геродот из Галикарнаса, собрал и записал эти сведения, чтобы прошедшие события с течением времени не пришли в забвение и великие и удивления достойные деяния… не остались в безвестности, в особенности же то, почему они вели друг с другом войны».
«Назначение истории в том, чтобы не потерять интереса к тем, кто жил до нас, кто страдал, радовался, воевал, побеждал, грешил, предавал и спасал под страхом смерти; кто умирал за любовь, за веру, за светлое будущее, наконец. И еще важно понять, «почему они вели войны друг с другом» и до сих пор остановиться не могут».
Яков Шехтер родился в Одессе, окончил два института в Сибири, с 1987 живет в Израиле. Главный редактор литературного журнала «Артикль», член международного ПЕН-клуба, Я. Шехтер занимал призовые места в интернет-конкурсах «Тенёта», «Сетевой Дюк», был номинантом многих литературных премий, входил в лонг-лист Русской премии, стал лауреатом премии им. Ю. Нагибина. Главная особенность прозы Шехтера – редкое в современной литературе соединение исторической достоверности, приключенческой увлекательности, мистической глубины.
«…Это нетривиальная проза, сочетающая в себе парадоксальность мышления со стремлением глубже постичь природу духовности своего народа. …Беру на себя ответственность рекомендовать российскому читателю Якова Шехтера».
«Яков Шехтер обладает даром сочетать обыденное с чудом, простое – с парадоксом, современное – с архетипичным. Это подкреплено мастерским стилем, чувством юмора и редким умением диалога. …Магический реализм ставит писателя в ряд таких мастеров жанра, как Гарсиа Маркес, Алехо Карпентьер, Умберто Эко, Салман Рушди».
«…Яков Шехтер – «ЧЕСТНЫЙ ПРОЗАИК». Его писательская честность проявляется во всем: в языке, выборе тем и персонажей, но особенно она заметна в мистических романах… О небывальщине, чужих снах, параллельных мирах, таинственных учениях и Мастерах Яков Шехтер будет рассказывать, в точности так же, как если бы писал образцовый «бытовой рассказ» или документальную повесть…».
Тускло звякнули кандалы. Афанасий проснулся. В нос шибануло зловонием: еще бы, которые сутки ходит под себя. Руки и ноги скованы, шею держит железный ошейник с короткой цепью, прикрепленной к кольцу в стене. Обложили, будто медведя, почти невозможно шевелиться.
Вокруг тьма египетская, только светится серая полоска окна под потолком узилища. Значит, уже утро. Или вечер. Он потерял счет времени.
– Афанасий, слышишь пение?
Брат Федул из Юрьева монастыря. Тихий, невзрачный. Его-то за что сюда? Неужто и он мочился на иконы?
Перед глазами предстала картинка. Яркая, точно вчера виденная. Отец Григорий, высокий, дородный, с розовыми тугими щеками, густо обросший начинающей седеть бородой, ведет его, гостя, в отхожее место, первым поднимает испещренную жирными пятнами рясу, долго и с шумом выпускает струю, бесстыдно сопровождая громкими ветрами. Афанасий, морщась, занимает его место над зловонной дырой, но не успевает начать, увидев, как в глубине ямы светится золотом лик.
– Они, они, – басит отец Григорий. – Не ошибся.
Пораженный Афанасий отшатывается от ямы.
– Что, не можешь? – усмехается отец Григорий.
– Святые иконы, – шепчет Афанасий. – Святые иконы…
Больше он не в состоянии ничего вымолвить.
– Да где тут святость? – гремит отец Григорий. – Идольское порождение, погань языческая! Отцы наши Перуну кланялись, а мы другого истукана отыскали. Только теперь шабаш, хватит. Пора православную веру возрождать, очищать от ереси. Тут нельзя церемониться: или они нас в яму, или мы их.
– Афанасий, Афанасий, – снова позвал брат Федул. – Неужто не слышишь?
– Нет.
– А я слышу. Чудный хор, ангельские голоса. Как чисто поют, сладко выводят. Ничего в жизни красивее не слышал!
– Да ты спишь, поди, брат Федул. Во сне и видишь некошное.
– Не-е-ет, не сплю. Знаешь, что сие означает, Афанасий?
– Блазнится тебе всякое, с перепугу или от слабости.
Похожие книги
1917, или Дни отчаяния
В 1917 году Россия пережила потрясения, изменившие ее судьбу. Роман "1917, или Дни отчаяния" погружает читателя в атмосферу тех драматических событий, раскрывая сложные характеры ключевых фигур – Ленина, Троцкого, Свердлова, Савинкова, Гучкова, Керенского, Михаила Терещенко и других. Книга исследует закулисные интриги, борьбу за власть, и то, как за немецкие деньги был совершен Октябрьский переворот. Автор детально описывает события, которые сегодня часто забывают или искажают. Он затрагивает темы любви, преданности и предательства, характерные для любой эпохи. История учит, что в политике нет правил, а Фортуна изменчива. Книга посвящена эпохе и людям, которые ее создали, и в то же время поднимает вопрос, учит ли нас история чему-либо.
Шевалье
Отряд наёмников прибывает в Вестгард, последний форпост королевства. Их надежды на отдых и припасы рушатся, когда город терзает нечисть. Пропадают люди, а их тела находят у городских стен. В окрестностях рыщут разбойники, а столицу охватила паника из-за гибели лорда Де Валлон. Герои должны раскрыть тайну убийства и противостоять угрозе, нависшей над королевством. В этом историческом приключении для любителей попаданцев, читатели погружаются в реалистичный мир средневековья, полный опасностей и интриг.
Агатовый перстень
В 1920-е годы, когда Средняя Азия находилась в сложном политическом переплетении, ставленник англичан, турецкий генерал Энвербей, стремился создать государство Туран. Молодая Бухарская народная республика, сбросившая эмира, встала на защиту своей независимости при поддержке Красной Армии. Жестокие бои с басмачами завершились их поражением и отступлением в Афганистан и Иран. Роман Михаила Ивановича Шевердина "Агатовый перстень" погружает читателя в атмосферу тех драматических событий, полных героизма и отваги.
Защитник
В мире Ваантан, охваченном хаосом, разворачивается захватывающая история. Исследовательский центр ИВСР, где работает Килт, сталкивается с неожиданными сложностями, связанными с опасными тенденциями в развитии миров. Килт, обладающий аналитическими способностями, пытается понять эти тенденции, но сталкивается с серьезными проблемами в получении необходимых данных. В это время, в Кластере царит неспокойствие, происходят конфликты и война. Ситуация усложняется появлением могущественного Разрушителя, чья сила вызывает беспокойство. В центре внимания оказывается борьба за выживание и поиск ответов на сложные вопросы о будущем Ваантана.