Кенгуру в ночи

В снежном небе одна за другой просыпались звезды. Воздух дрожал от холода: еще немного, и лопнет, как стекло. Он сидел на скамейке в Таврическом саду и смотрел, как в свете фонаря танцевали тени деревьев. Идти домой не хотелось. Там слишком тепло и скучно. Там — никак. Одни и те же лица, надоевший до оскомины распорядок дня, вопросы, на которые не хочется давать ответы: «Почему так поздно? Есть будешь? Что нового на работе?».

При мысли о работе уголки замерзших губ дернулись. На работе — звезды. Тысячи звезд. У каждой своя история. И только он знает их наизусть. С каждым днем историй, как и звезд, становится больше.

Что нового на работе? Банальный вопрос. Новые кандидаты: палачи, жертвы, наблюдатели. Все зависит от звезды, под которой ты родился, именно она управляет твоей жизнью и поступками. Астрология — великая наука, не так ли? Именно так. Когда-то небо напророчило ему великое будущее. Небо обещало славу. А что есть слава? Слава — это солнце мертвых.

Я люблю смотреть, как умирают люди.

Я люблю убивать.

Я люблю…

Он стянул с руки перчатку. Под ногтями запеклась кровь. «Старею, — подумал флегматично. — Оставляю улики». Хотя какие улики? Кто сможет доказать его причастность к этому убийству? Никто. Свидетелей нет. Жертва мертва. Палач тоже. А он… просто проходил мимо и не удержался, коснулся еще теплого лица, прекрасного в своей агонии.

Перчатка вернулась на место.

Он с трудом поднялся со скамейки и неторопливо направился к выходу. Снег липнул к пальто и почти тут же таял, оставляя на дорогом кашемире мокрые серебряные пятнышки. Не выдержал и подставил под сверкающий поток руку: несколько капель упали на мягкую черную кожу. В душе, впервые за весь день, воцарился блаженный покой.

Все правильно.

Все так и должно быть.

Я люблю смотреть, как умирают люди…

И еще я очень люблю смотреть на звезды.

— Будете брать?

Пухлые накрашенные губы продавщицы презрительно оттопырились. Цветные контактные линзы неприязненно изучали мою шубу. Шуба была дорогой, длинной, очень стильной и потому неизменно вызвала стойкую неприязнь работающего класса. — Женщина! Вы брать будете?

— Буду, — ответный взгляд выстрелил по форменному халатику с эмблемой игрушечного магазина. Признаться, ее халат мне нравился больше, чем ей моя меховая шкурка. Шуба была подарена по случаю, надевалась в особо торжественных ситуациях и постоянно норовила порваться в районе правой подмышки. К тому же терпеть не могу сапфировую норку. Она мне кажется ненатуральной. Может, снять и подарить? В обмен на форменный халатик. В нем полы мыть — одно удовольствие. Цвет немаркий, движения не стесняет. — Всю жизнь о таком мечтала. Сколько с меня?

Продавщица печально вздохнула (все-таки придется поработать) и потащила огромного плюшевого кенгуру через весь зал, к кассе. Длинный коричневый хвост волочился по полу, как полы моей шубы. — Завернуть в подарочную упаковку? У нас есть прелестные ленточки.

— Не надо. Так донесу, — только ленточек мне и не хватало для полного счастья. — Пошли, мой друг!

Охранник галантно приоткрыл дверь. Сервис однако! Я шагнула из игрушечного мегаполиса, ругая себя: все-таки я сумасшедшая баба, зашла в ТК за губной помадой и зачем-то купила игрушку. Да еще такую объемную. Теперь придется тащить ее на себе. Что я и сделала. К счастью, народу не так уж и много: как ни крути, все-таки разгар рабочего дня! И только такие тунеядцы, как Стефания Иванова, устраивают идиотский шопинг.

Это был седьмой торговый центр за день. И я порядком вымоталась. По радиол сказали, что Петербург через несколько лет имеет все шансы обогнать столицу по строительству торговых площадей. Ну, не знаю! Может, и обгонит, в конце концов. У нас одних болотных территорий — километры. Черт бы побрал Петра на том свете: не мог найти другое место под строительство, где-нибудь в районе Одессы? Климат помягче, море опять же, виноград и персики почти круглый год. А у нас что? За день погода меняется бесчисленное количество раз, давление прыгает, как шарик от пинг-понга — туда-сюда, голова болит, спина ноет, суставы выворачивает. Из продуктов — картошка да турнепс, выращенный по особой технологии. Жизнь на болотах, что вы хотите?!