Кавказские евреи-горцы (сборник)

Иуда Черный

Иосиф-Иуда бен Яков Черный (Иосиф Яковлевич Черный, Иуда Черный) – российский путешественник-этнограф, известный изучением евреев Кавказа.

Черный публиковал свои исследования в нескольких еврейских изданиях: Ha-Maggid, Ha-Karmel, Ha-Meliz, Neueste Post и пр. Он написал ряд статей о жизни дагестанских, бухарских и персидских (иранских) евреев; описывая их тяжелое экономически-правовое положение, а также их низкий, с точки зрения ашкеназов, культурный уровень.

Черный путешествовал по Кавказу и Закавказью более 10 лет, после чего вернулся в конце 1879 года в Одессу, чтобы привести в порядок и опубликовать накопившийся у него ценный историко-этнографический материал.

Однако туберкулез горла, от которого Черный умер в 1880 году в Одессе, не дал ему возможности закончить труд, и Черный перед смертью завещал весь собранный им материал Обществу просвещения, на средства которого под редакцией Авраама Яковлевича Гаркави была опубликована в двух частях лишь та часть материалов Черного, которая имеет непосредственное отношение к быту и истории кавказских евреев. Эти документы можно разделить на две категории: 1) собранные путешественником письменные памятники кавказских евреев, относящиеся к последним трем векам; 2) устные рассказы туземцев об их прошлом и имеющие значительный этнографически-бытовой интерес собственные наблюдения Черного над экономическим, религиозным и духовным бытом горских евреев.

Из многих известных мне ученых, исследовавших Кавказ в этнографическом отношении, не оставляя без внимания самые незначительные племена, ни один не вспомнил о кавказских евреях. Между тем их образ жизни, нравы, обычаи, верования и предрассудки, отличающие их от соплеменников в Европе, и положение, занимаемое ими между полудикими племенами, обитающими в горах Кавказа, представляют много любопытного. С целью исследования истории этого забытого почти всеми учеными народа я предпринял путешествие по Кавказу и Закавказскому краю в надежде, что труды мои не останутся без пользы как для правительства, так и для любителей истории и этнографии.

По преданиям горских еврейских обществ, обитающих в Терской области, выходит, будто они потомки пленников Салманасара, ассирийского царя, выведенных им из Самарии и поселенных в Ассирии, Колхе, на реке Гозане и в старой Мидии еще во времена существования 1-го храма Соломонова в Иерусалиме в 9-м году царствования Осии, царя Израильского, или в 6-м году царствования Иезекии, царя Иудейского, около 720 лет до Р. X. Из старой Мидии они переселились в Ширвань. По случаю разных преследований и угнетений ширванских и персидских владетелей они вынуждены были искать пристанища в Дагестанских горах, где и жили долгое время в Джугуд-Катте, развалины которого сохранились доныне у подошвы горы, омываемой небольшой речкой Нукерой на расстоянии одного часа верховой езды от селения Маджалиса в Кайтаго-Табасаранском округе. Жестокие гонения горцев вынудили евреев покинуть и это пепелище и спасаться бегством в горы и леса дагестанские; многие из них прибегли к кумыкским князьям и были приняты ими на различных условиях в Андреевской деревне, находящейся в урочище Ачи-Коль при реке Акташ (в 12 верстах от Хасавюрта). Это было около 1618 года, вероятно, при Казаналине и Айдемире – двух сыновьях султана Мута, первых из тогдашних кумыкских владетелей. Образ жизни, положение и занятия евреев в Джугуд-Катте и Ширване оставили мало следов в памяти их нынешних потомков, потому что все книги и письменные их документы были разграблены и истреблены горцами.

Что же касается до положения их в Андреевской деревне от начала переселения туда до занятия кумыкской плоскости русскими войсками в 1819 году, то они там были в зависимости от князей и узденей кумыкских, у которых искали защиты от воинственных коренных жителей страны. Так, евреи не имели права участвовать в совещаниях по делам аульного общества, не могли строить и покупать домов, а проживали в дворах кунакбаев (хозяев или патронов), во всех своих делах, как то: по убийствам и по ранениям, по взысканию долгов, по покражам и т. и. они добивались материального удовлетворения не сами лично, но через своих кунакбаев и покровителей, одним словом, они со своими семействами и имуществом находились в полном подчинении своим покровителям, ибо лишь те из них, у кого были сильные и добросовестные защитники, могли безопасно жить между туземцами, успешно вести свои торговые дела.