Катер

Дмитрий Каралис

КАТЕР

Я вернулся с практики, и отец меня обрадовал: они с дядей Жорой хотят купить большой катер, почти корабль. В субботу надо ехать смотреть -- всем вместе.

-- Эти разъездные катера строились в Германии, и достались нам по репарации, -- сказал отец. -- Назначение их было вполне мирное, -- они служили для разъездов разного рода бригад по рекам и озерам. -- Отец стал растолковывать, что такое репарация и чем она отличается от контрибуции. Он словно читал лекцию в своем институте, и от катера мог спокойно вывернуть к русско-японской войне 1905 года.

-- А сколько стоит катер? -- спросил я.

-- Стоит он прилично -- три тысячи. Но поверь, сынок, он того стоит. -После двухмесячной разлуки отец почему-то стал называть меня сынком. -Дизельный движок, две каюты, ходовая рубка, отделка из ясеня и бука. Там даже душ есть! Корпус из текстолита, шпангоуты...

-- Вы берете на двоих? По полторы тысячи?

Отец замялся:

-- Мать чего-то капризничает... Говорит, очередь на машину может подойти. А я говорю, что такой шанс упускать нельзя. Представляешь -- летом на Ладогу или по Свири: грибы, рыбалка, острова, шхеры, -- отец достал карту и стал прокладывать возможные маршруты. Таких сияющих глаз я у него давно не видел.

Мама позвала нас обедать.

-- Ну вот скажи, сынок, -- с оглядкой на мать отец налил мне "Вазисубани" не в фужер, а в рюмочку, -- ты бы хотел летом отправиться в путешествие по Свири?

-- Не знаю, -- я сделал вид, что неравноправие в посуде меня устраивает; видели бы родители, как мы на практике пили портвейн стаканами. -- В принципе, хотел бы...

-- Это тебя Жора подбивает, -- мать первая подняла свой фужер и чокнулась с нами. -- Ну давайте, с приездом!

Катер стоял в яхт-клубе на Петровской косе. Дядя Жора прохаживался на ветру и, завидев нас, укоризненно посмотрел на часы.

-- Хозяина не будет, -- сказал дядя Жора. -- Катер покажет его знакомый яхтсмен.

-- Какая нам разница, -- сказал отец, поглубже насаживая шляпу, поднимая воротник пальто и доставая из карманов перчатки. -- Ну и ветерок тут. Он нас прокатит?

-- Говорит, что прокатит.

Мы постучали в запертый изнутри сарай, и дверь, лязгнув, приоткрылась.

-- Мы пришли катер смотреть, -- сказал в полумрак дядя Жора. -- У вас найдется для нас время?

-- Время есть понятие относительное, -- ответил из-за дверей не совсем трезвый мужской голос. -- И в тоже время категория вечная. Я доходчиво излагаю? -- за дверью загремело, словно уронили корыто.

-- Вполне, -- сказал дядя Жора, дождавшись тишины. -- И я бы добавил: сугубо относительное!

-- Буду готов через пять минут, -- пообещал голос.

-- Пьяный! -- шепотом сказала мама.

-- Что ты хочешь, тут такой колотун, -- сказал отец, отходя от сарая. -- Трезвенник и язвенник выпьет.

-- Вот-вот, -- кивнула мама. -- Этого я и боюсь...

Отец покрутил головой, давая понять, что не понимает, за кого она боится: уж не за него ли?

Яхтсменом оказался прихрамывающий человек с неряшливой бородой, заплывшим глазом и истертой палкой с резиновым набалдашником. Он навесил скрюченными пальцами замок и, недовольно глянув на маму, буркнул: "Пошли..."

Катер стоял в узкой протоке и напоминал крейсер на параде в окружениигрязноватых буксиров.

-- Вот этот? -- восхищенно спросил отец.

-- Это он и есть, что ли? -- скептически сказал дядя Жора. Я видел, что катер емунравится, но он старается не подавать виду. Возможно, хочет сбить цену.

-- А как он называется? -- мать взяла отца под руку. -- Имя у него есть?

-- Стойте здесь, а еще лучше идите туда, -- сказал яхтсмен, не удоставивая маму ответом и показывая палкой за здание яхт-клуба. -- Второй причал. Я подойду туда.

-- Может, вампомочь? -- спросил папа.

-- Не надо. Спички лучше дайте.

-- Там что, дрова? -- шепотом спросила мама. -- Это пароход?

Я помотал головой: "Дизель! Мотор такой.Двигатель".

Мы стояли на дощатом причале, под ногами задумчиво струилась Нева, и на правом берегу блестели на солнце прожекторные мачты Кировского стадиона и желтели деревья в Парке победы. За ними я разглядел мачту парашютной вышки с точками людей на верхней площадке. Вышка работала -- белый купол, натянутый на обруч, плавно скользил вверх за очередным счастливцем.

Дядя Жора ходил по доскам и нервно курил папиросу. Отец держал мать под руку и советовал ей смотреть не в щели досок, а на невский простор, на чаек или на подъемный кран, который тянул на берег легкий катер явно с претензией на звание разъездного: маленькая рубка с ветровым стеклом, штурвал, мачта и бронзовая завитушка винта под кормой.

Наш белый катер, вырезая пенистую дугу, с мягким урчанием подкрался к пирсу и дал задний ход.

-- Обрати внимание, Жора, он прошел по траектории вопросительного знака, -- крикнул отец, оборачиваясь к брату. -- А, как тебе это нравится?

-- Надо брать, -- кивнул дядя Жора. -- Какие, к черту, вопросы.