Кассиопея — Москва (Сборник)

Все права на героев, корабль и вообще на завязку сюжета принадлежат А. Заку, И. Кузнецову, Р. Викторову и иже с ними. Все нижеизложенное — исключительно мои фантазии и ничего больше. Впрочем, нежная и трепетная любовь ко всем персонажам оригинала и вновь придуманным мной — тоже моя, и никто ее у меня не отнимет.

Я вполне допускаю, что у звезды Алькор нет планетной системы. Тем более, что это, кажется, вообще двойная звезда, с которой возникают дополнительные сложности. И, тем не менее… Похожая ситуация с таинственной звездой Бетой. Поскольку Альфа уже была, следующая, по логике — Бета. Правда, Альфа была в созвездии Кассиопеи, а в каком созвездии находится та самая Бета, я так и не определилась. Аналогично — со всеми остальными буквами греческого алфавита. (При этом я в курсе, по какому принципу звездам на самом деле даются «звания» этих букв).

Данное произведение писалось не как учебник по астрономии, физике и космонавигации, а как попытка угадать — а что там, за надписью «Конец фильма»? Как сложились характеры и судьбы главных героев? Согласитесь, что с данной точки зрения названия звезд не имеют принципиального значения. Это я так оправдываю свою астрономическую (и по размерам в том числе) и, вообще, научную неграмотность.

Он сидел у окна, прямо на узкой пластиковой полосе, заменяющей подоконник, задумчиво смотрел в темноту и размышлял. Когда-то давно, так давно, что он уже сомневался в том, что это вообще было, за этим толстым и скользким прозрачным ничем горели не только яркие белые точки на черном фоне. Он помнил еще тепло и свет, которые приходили из-за этого ничто. И на подоконнике можно было развалиться, свесить хвост вниз и греть бока и уши. А сейчас греться можно только около людей, хотя это вовсе необязательно — холодно тут не бывает никогда. В этом заключалось определенное удобство, но иногда так хотелось снова свесить хвост…

Шмяк! Подоконник неожиданно кончился, и начался пол. Еле успел извернуться, чтобы упасть на лапы.

— Барсик! — укоризненный женский голос.

— Ты не Барс, животное, ты — тюлень! — а вот от этого рыка лучше убегать, и быстро.

Двери предупредительно распахнулись, пропуская восьмого члена экипажа, и так же бесшумно закрылись обратно.

— Он и так испугался, Федь, зачем ты рявкаешь-то? — невысокая черноволосая девушка гибко потянулась, соскочив на пол между центральным креслом в рубке и пультом управления.

— Кто еще больше испугался, — ворчливо отозвался молодой человек, оставшийся сидеть. Выражение лица его никак не соответствовало тону — он с явным удовольствием наблюдал за подругой.

— Ладно, все равно мне пора.

— Юль, время еще детское! Всего-то… — быстрый взгляд на панель управления — …половина первого.

Умоляющий голос и изменившийся взгляд возымели действие, и девушка гораздо охотнее, чем можно было ожидать, заняла только что оставленное место на коленях парня.

— Но только на пять минут!

— Разумеется! — он шутливо поднял руки, словно сдаваясь на милость победительницы, при этом чуть не уронив ее на пол.

Следующая пара минут прошла в приятной борьбе неизвестно за что, закончившейся нежным поцелуем.

— Когда-нибудь нас тут отловят, и будет тебе разнос, — наконец, укоризненно сообщила девушка.

Федор только пожал плечами.

— Витька строг, но справедлив. Будет разнос — значит, будет. Но, думаю, он войдет в положение.

— Это в какое?

— В такое. Ты целый день в лаборатории, я тоже целый день занят, видимся только в кают-компании, а что это за радость… Да что я тебе рассказываю, ты сама понимаешь, — вздохнул он так печально, что Юле моментально стало его жалко. Она ласково потрепала изрядно отросшие со времен последней стрижки рыжие волосы.

— Не грусти. Рано или поздно все изменится. Я недавно говорила с Варей, она жалуется на то же самое. Думаю, скоро здесь пройдет небольшая реорганизация жилых помещений.

Федор вынырнул из-под ласкающей его руки и озадаченно прищурился:

— Юлька, ты говоришь такими мудрыми словами, что я перестаю понимать. Это, типа, будем сносить перегородки между каютами?

— Нет, — не улыбнувшись, качнула она головой. — Думаю, скоро произойдут глобальные переселения. Варя просто устала играть в детский сад и будет ставить Вите вопрос ребром — ну, ты знаешь, как она умеет.

— Да уж. Всегда восхищался Середой, как он умудряется с ней тут управляться. В школе, помнится, он при ней только что заикаться не начинал. А тут…