Карт-бланш для O.S.S. 117

"ШПИОНСКАЯ" КОЛЛЕКЦИЯ

— ДА, АЛЛАХ! Гамиль, натянув цепь, повернулся, чтобы посмотреть на упавшее животное. Осел опустил уши и продолжал держаться за тощие ноги. Арбуз упал с одного из мешков, хлопая его стенками, и скатился в ручей посреди переулка. Гамиль сердито выругался, отпустил цепь, конец которой весело звенел о булыжники, и пустился в погоню за большим круглым плодом, катившимся по склону.

Ускользнувший арбуз закончил свой путь в застойной луже, окруженной двумя выступающими булыжниками. Гамиль закатал кафтан, чтобы нагнуться и забрать свои вещи.

Ночь была темной, жаркой и влажной. Вспотевшее тело Гамиля цеплялось за его свободную одежду. Он встал, тяжело дыша, и увидел в нескольких локтях, за углом улицы, ведущей к бассейнам, неподвижного полицейского, наблюдающего за ним…

Что-то сжалось в горле мальчика. Он медленно закончил вставать на ноги попытаться скрыть свой страх и вытереть рукавом испачканный арбуз.

— Что ты здесь делаешь так поздно, малыш? спросил полицейский.

Гамиль закашлялся, чтобы расслабить голосовые связки, и в ответ отступил на шаг.

— Я иду домой к отцу.

— Это твой осел?

— Это моего отца?

— А что насчет арбузов?

— Куплены в порту.

Полицейский пожал плечами. Он стоял спиной к ближайшему фонарному столбу, и его лицо было невидимо для Гамиля.

— Вы имеете в виду, украдены?

«Купил», — повторил мальчик слегка дрожащим голосом. Хочу перепродать завтра утром на рынке…

Полицейский, казалось, колебался. Гамиль понял, что у него по спине остыл пот. Он уже собирался решиться предложить своему мучителю несколько арбузов, когда тот продолжил:

— Иди домой и постарайся не шатататься так поздно ночью…

Он повернулся на каблуках и пошел по улице, которая вела к бассейнам. Гамиль закрыл глаза и заложил руки за подбородок.

«Эль хамду ли-ллах», — прошептал он.

Затем, внезапно восстановив всю свою бодрость, он подбежал к своему ослу.

— Ура! хомар…

На этот раз животное послушалось и побежало вверх по склону. Гамиль помог ему, натянув цепь, стараясь не поскользнуться на мокром и скользком булыжнике. Он свернул на первую полосу слева, в сторону восточного порта. Во время бега над низкими крышами он увидел купол мечети Тербана и несколько фонарей лодок, стоящих на якоре в гавани.

Где-то в Медине лаяла собака. Ей ответили другие. Большой кот, присевший у кучи мусора, смотрел, как проходят Гамиль со своим ослом. Его зеленые глаза на мгновение вспыхнули, затем он опустил веки и не двинулся с места.

Гамиль остановил своего осла перед темной лавкой. На витрине, расположенной под витриной, стояла вывеска «Сувениры», повторенная на десяти языках. Над дверью на одной из деревянных опор, поддерживающих выступ витрины, висела старая арабская лампа. Место было темным, душным и мрачным.

Невидимая флейта заиграла старинную мелодию, которую феллахское ухо Гамиля с восторгом узнало. Он потратил несколько секунд на прослушивание, затем звук сирены из порта разрушил чары, и он постучал в ставни жалкой лавки.

Флейта молчала. Гамиль оглядел безлюдную улицу. Инцидент с полицейским вызвал у него беспокойство. Это было очень близко к катастрофе.

— Кто здесь? — спросил осторожный голос через дверь.

— Гамиль, — прошептал молодой египтянин. Открывай быстро…

Раздался звук срабатывания защелок без спешки. Гамиль привязал осла к железному кольцу у подножия стены. Он выпрямлялся, когда дверь открылась:

— Иззяк? — вежливо спросил он.

Минос Каллонид, греческий купец, не ответил. Невидимый в темной дыре своего магазина, ему пришлось пристально вглядываться усталым взглядом, чтобы опознать беспокойного посетителя.

— Войдите, — наконец сказал он.

Гамиль показал груз осла.

— Ты должен мне помочь…

Хрупкий силуэт Миноса Каллонида появился на пороге.

— Вы уверены, что за вами никто не следил?

— Конечно! — заявил мальчик, решивший не говорить ни слова о встрече с полицейским.

Они подняли двойной мешок, лежащий на спине животного, и отнесли его в магазин. Грек немедленно закрыл дверь, затем включил карманный фонарик.

— Перейдем на другую сторону.

Они снова подняли сумки через дверь в задней части магазина, заваленную тысячей разных предметов, и оказались в довольно большой комнате, тускло освещенной подвешенной керосиновой лампой. Грек позволил мальчику позаботиться о своих сумках и закрыл дверь. Затем поднялось пламя лампы.

— Так мы увидим яснее…

Он был невысокого роста и худ, одет в старый белый льняной костюм с рукавами и коленями. Его оливковое лицо украшала черная императорская бородка. Его черные глаза сияли в центре очень заметных темных кругов. На нем был гранатовый тарбуш с синим помпоном.

— Мы должны действовать быстро, — продолжил он по-арабски. Ваш осел у двери может привлечь внимание. Почему бы не приехать на грузовике?

Гамиль, равнодушный к иронии, по одному вынимал из пакетов арбузы. Их было не так много, ровно столько, чтобы скрыть то, что было под ними…