Карман, полный лжи

Создано в интеллектуальной издательской системе Ridero

Неожиданно для себя Андрей влюбился. Причем, совершенно не по-детски, как в омут головой. Даже и не подозревал прежде, что способен так увлечься женщиной, что голову совсем потеряет. Ведь и понимал, что ему, женатому тридцатипятилетнему мужчине, не пристало увлекаться как мальчишке, а поделать с собой ничего не мог. Разум отдыхает. И не в какую то сказочную принцессу влюбился, а в самую обычную девушку, на одиннадцать лет моложе себя. Практически девочку. И ведь совершенно не в его вкусе. То есть, была не в его вкусе, пока не увидел впервые. Высокая, худенькая, спортивная вся такая, угловатая, как подросток, с короткой стрижкой. Но глаза… Заглянул в них в первый раз, как в омуты, и тонуть стал. И «Спасите» кричать совсем не хотелось, сладко это погружение в бездну, нестерпимо желание тонуть, упасть на дно и узнать: что там? Где источник обаяния и какой-то скорее внутренней всепоглощающей красоты? Откуда такая притягательность в обычной на вид девчушке, что сердце тает, и трепещет, и рвется на волю из кандалов серых будней…

И нашел ее, как ни банально, в командировке, на заводе смежников. Где бывал уже сотни раз за последние годы. Но Юлю не замечал. Вероятно, по той причине, что прежде ее на заводе просто не было, устроилась сразу после университета, каких-то пару месяцев назад. И не кем-нибудь, а сразу старшим технологом. Что совсем уж невероятно на оборонном предприятии! Вчерашняя студентка, – и вдруг технолог. Видимо, есть за что. Во всяком случае, начальник цеха Сергей Петрович, знакомя их, усмехнулся в усы, заметив реакцию Андрея, и поинтересовался:

– Что? Удивлен? Такая молоденькая и уже Юлия Александровна, без перехода и в старшие технологи? А ты не удивляйся. Она у нас на практике четыре года отработала, многих опытных рабочих и мастеров за пояс заткнет. Да что там? Не каждому инженеру в своем мнении уступит. Талант девка! Даром, что пигалица еще.

На что Юля смущенно улыбнулась, и упрекнула:

– В краску вы меня вгоняете, Сергей Петрович! Что посторонний человек подумает? Экая, скажет, хвалюшка! Могли бы и поскромнее отрекомендовать.

А сама глазками в Андрея стрельнула, и бесенята в них запрыгали, хохочущие, как пьяненькие. Во всяком случае, Андрею тогда так показалось. И смутился совсем уж как мальчишка, бумаги на столе стал перебирать совершенно бесцельно, чтобы растерянность не показать. А когда Юля вышла из кабинета, Сергей Петрович улыбнулся еще шире, и понимающе похлопал по плечу:

– Что, Андрей Игоревич, зацепила наша Юленька? Не ты первый, друг сердечный. У нас тут ползавода мужиков по ней сохнет. Прожекторами своими как глянет, опахалами взмахнет, так мужики стоном стонут, и штабелями падают. Счастливчик тот, кому в жены достанется…