Карма (СИ)

Все началось в баре Mad Monkey. Пенная вечеринка была в самом разгаре. Они стояли у барной стойки, откуда открывался вид на океан. Он заметил, что музыка играет особенно ярко, а волны в океане стали радужными. Он посмотрел на нее и осознал, что любит ее. Она увидела его взгляд и сказала, что ей нужно отойти. Он удивился и отчетливо вспомнил впечатление этого утра, когда она приблизительно так же отошла и стала бродить у океана, прослушивая аудиосообщение на телефоне.

Она ушла.

Подступила тошнота, дыхание перехватило и стало не по себе. Он вдохнул полной грудью — тошнота ушла, он вдохнул еще раз — и стало гораздо легче. Он встряхнул плечами, переключил внимание на музыку, которая так ярко звучала в этот момент, и даже не заметил, как начал танцевать. Он будто бы пропускал музыку через свое тело, и оно вторило ей. Он посмотрел на океан, на волны — они начали играть лучами заходящего солнца. В бар входили люди, он танцевал и улыбался им. «Почему же это так сложно обычно и так легко теперь — открыться, расслабиться и показать себя таким, какой я есть? Видимо, это скромность, — подумал он и улыбнулся. — Покажи себя, танцуй, убери все блоки и двигайся красиво».

Она вернулась. Он улыбался ей и продолжал танцевать. Краски усиливались, музыка становилась все глубже, пена, которую он видел боковым зрением, походила на невероятную инопланетную субстанцию.

— Иди, потанцуй со всеми, — сказала она.

— Я хочу танцевать здесь, рядом с тобой, — ответил он.

— Мне кажется, ты все-таки хочешь потанцевать со всеми. Иди, я тебя не держу.

— Мне хорошо тут, — сказал он и улыбнулся.

— Хорошо, — она тоже улыбнулась.

Уже темнело, и он понял, что пора возвращаться на виллу. Ему захотелось побыстрее спрятать ее в укромное место и согреть под одеялом.

— Мне кажется, нам пора, — сказал он.

— Хорошо, пойдем.

Когда они вышли из бара, он увидел повозку, стоящую рядом. Он помахал извозчику, но тот не обратил внимания, тогда он помахал еще раз и крикнул:

— Эй!

— Кому ты там машешь? — спросила она.

— Извозчику.

— Где он?

— Вот же. Давай подойдем поближе.

Они подошли к повозке, но неожиданно перед ними откуда-то появилась другая пара и влезла в повозку.

— У нас увели повозку прямо из-под носа. Представляешь? — усмехнулся он. — Но все закономерно. На все свои причины.

— Слушай, мне как-то не по себе.

— Все нормально. Вдохни полной грудью.

— Хорошо.

— А теперь выдыхай. И еще раз. Дыши глубоко.

— Да, теперь легче.

— Идем домой пешком.

— Да, конечно.

Дорога подсвечивалась огнями, будто бы искрилась. Идти было недалеко, всего минут десять, но ему хотелось, чтобы она как можно скорее почувствовала себя комфортно.

— Смотри, эта девушка обогнала нас на велосипеде, остановилась и снимает нас на телефон, — сказал он.

— Да, удивительно.

— Я понимаю ее, посмотри на нас — мы просто светимся.

Она улыбнулась. И внезапно он почувствовал, что любит ее так сильно, что не может сдерживать это в себе.

— Послушай, я люблю тебя, — сказал он.

— Ты серьезно?

— Да!

— Ты серьезно говоришь это здесь?

— Да! Здесь, на этом острове.

— Здесь, рядом с этой кучей мусора?

— Да! Место совсем неважно, главное, что я очень сильно люблю тебя.

Они пошли дальше. Он все торопился попасть как можно быстрее домой, но внезапно понял, что это именно тот путь, который необходимо пройти. Необходимо расслабиться и принять его. И еще он понял, что в конце пути ожидает что-то хорошее.

Они дошли до виллы.

— Давай полежим на кровати на террасе, — предложил он.

— Давай.

— Я принесу одеяло, чтобы было комфортно.

— Вроде бы не холодно.

— Я принесу, а там уже решим, нужно ли нам укрываться.

— Хорошо.

Они устроились на кровати.

— Знаешь, я хочу кокос, — сказала она.

— Ты хочешь кокос?

— Да, я хочу кокос.

Ему было очень удобно и приятно лежать, обнимая ее. Он не мог себе представить, как можно встать и куда-то пойти сейчас, когда так хорошо с ней. И тут он осознал, что этого просто не может случиться сегодня. Он поймал сильное дежавю. Все эти события — все это уже было. Все это было миллион раз. Но кокоса не было.

— Я проживал этот день миллион раз, и в нем нет кокоса.

— Как нет кокоса?

— Просто нет кокоса. Если хочешь пить, то есть вода. Принести?

— Но я хочу кокос!

— Я проживал этот день миллион раз, и в нем нет кокоса!

— Заладил ты свое. — Она потерла нос.

Ее лицо стало серьезным. Он понял, что ходит по грани и сейчас она может уйти.

— В этом дне нет кокоса, но есть моя любовь, — сказал он и обнял ее крепче.

— Но я хочу кокос!

— Я не пущу тебя никуда, в этом дне нет кокоса, но в нем есть моя любовь.

— Почему ты меня мучаешь?

Она стала особенно серьезна, по ее лицу заходили тучи. Тогда он нехотя встал.

— Куда ты? — спросила она.

Его осенило. Он лег обратно и обнял ее.

— Знаешь, я все понял. Ты не хочешь кокос. Ты хочешь убежать от ситуации, от меня, как убегала тогда в Mad Monkey.

— Хм… да…

— И поэтому в этом дне нет кокоса, но есть моя любовь.

Он крепко обнял ее и почувствовал, как она в первый раз расслабилась.

— Теперь мне все стало ясно, — сказал он.

— Что?

— Что я очень люблю тебя.

— Да?

— Да, люблю. Ты чувствуешь?

— Да…