Карьерная лестница провинциала

1

Антон Иванович вышел из плацкартного вагона и, остановившись посредине перрона, восторженно воскликнул:

– Эх! Вон оно как!

Его глуховатый голос мгновенно растворился в гуле разговора суетливых пассажиров и грохоте багажных тележек. Он мечтательно вздохнул и уверенно зашагал в людском потоке. Но некоторые оборачивались или с улыбкой разглядывали его широкие парусиновые штаны и льняную праздничную косоворотку.

–Б-р-р, – как бы приводя себя в чувство, периодически встряхивал лысеющей головой Антон Иванович, тихо приговаривая: –Москва-а-а! Ему давно уже опротивела унылая сельская жизнь со спокойным, размеренным темпом, где каждый день похож на предыдущий. Наскучил никогда не меняющийся однообразный пейзаж, опостылела глубинка, где он тридцать с небольшим лет коротал тихие дни. Он мечтал о яркой, насыщенной событиями жизни, о карьере в коллективе успешных мужчин и эффектных женщин, в противовес нынешней скромной должности учётчика кур в птичнике. Особенно раздражало в последнее время присутствие и томные взгляды Верочки из отдела кадров. Выводили из себя и светлая длиннющая коса, и одно и то же робкое пожелание: «Хорошего вам дня, Антон Иванович».

Своим приездом в столицу Антон Иванович был обязан троюродной сестре Анфисе, кондуктору пригородной электрички и по совместительству ночной уборщице в железнодорожной больнице. Она уже год снимала комнату в Москве и пригласила «на разведку» постоянно докучавшего ей брата. Анфиса даже в возрасте оставалась сильной и энергичной. Она отправилась работать в столицу, чтобы помочь своей единственной дочери Тоне. Та вышла замуж за тракториста, родила двух сыновей, а спустя некоторое время муж стал выпивать и буянить. Тоня вернулась к маме, и денег стало не хватать.

Так Антон Иванович оказался в Московской трёхкомнатной коммунальной квартире, где, кроме них с Анфисой, жили дворник в почтенных летах и два студента. Они занимали соседние комнаты.

Утром Анфиса ушла на работу. Антон Иванович выглянул из окна тёмной, обшарпанной комнатки и подставил своё круглое конопатое лицо под летние солнечные лучи. Вскоре его внимание привлёк чёрный автомобиль представительского класса, припаркованный возле соседнего дома.

Водитель, долговязый кудрявый парень в белой наглаженной рубашке, степенно вышел из машины, распахнул заднюю дверь и застыл в ожидающей позе. Через некоторое время из подъезда вышла высокая полная дама, показавшаяся Антону Ивановичу тёмным тучным пятном без возраста. Однако по тому, как она одной рукой легко поправила огромный капроновый бант на чёрной блузке, а другой небрежно поднесла к губам серебристый мундштук с папироской, он сразу разглядел в ней важную особу. Антон Иванович даже на расстоянии увидел в ней женщину, которая знает, как надо держать жизнь в узде.

– Доброе утро, Дана Маркеловна! – чётко и громко произнёс парень-водитель.

Тёмное пятно вяло кивнуло чёрной шляпкой, похожей на гриб-чернушку, и медленно загрузилось на заднее сидение.

Антон Иванович, прищурившись, скрупулёзно разглядывал все детали непривычной для него сцены, потом проводил взглядом уменьшающийся в дали улицы автомобиль, и задумчиво опустился на старенькую скрипучую раскладушку.

Спустя час раздумий ему в голову пришла дерзкая идея – стать любовником этой дамочки.

Он верил в тот факт, что жизнь готовит для каждого свой сценарий, но теперь ему не терпелось вмешаться в её планы и подкорректировать свою судьбу. Вообще он имел спокойный характер, не любил спешить, избегал спонтанности, только изредка мог решиться на что-нибудь незапланированное, обычно же он был трусливым во многих жизненных обстоятельствах и думал, что во всём нужен чёткий расчёт.