Персонажи карельской мифологической прозы. Исследования и тексты быличек, бывальщин, поверий и верований карелов. Часть 1

Ven’an Tiedoakadeemii

Karjalan Tiedokeskus Kielen,

literatuuran da histourien instituuttu

Dmitrii Pozarskoin yliopisto

L. I. Ivanova

Karjalazien mifolougizien kerdomuksien haldiet

Karjalazien mifolougizien kerdomuksien da uskomuksien tutkimus da tekstat

Enzim"aine oza

Dmitrii Pozarskoin yliopisto

Moskovu 2012

Подготовлено к печати и издано по решению Ученого совета Университета Дмитрия Пожарского

Научные рецензенты:

д. ф.н. Н. А. Криничная,

к. ф.н. А. С. Степанова,

к. ф.н. О. М. Жаринова

Редактирование текстов:

к. ф.н. А. С. Степанова

On valmistettu painettavakse da painettu Dmitrii Pozarskoin

yliopiston Tiedonevvoston pi"at"oksen mugah

Tiedoarvostelijat:

f. t.d. N.A.Krinicnaja,

f. t.k. A. S. Stepanova,

f. t.k. O.M.Zarinova

Tekstoin korjuamine:

f. t.k. A. S. Stepanova

T"am"a kirju on karjalazen mifolougien enzim"aine tiijolline tutkimus. Mifolougizien tarinoin da uskomuksien, sego luguloin, eeppizien pajoloin, sananpolvien da toizien folklouruzanroin pohjal on ozutettu karjalazien ennevahnaine muailman n"agemys. Kirjas on kacottu Kegrin, Synnyn, Vierist"an akan da rahvahan argiloih da pyhih liittyj"at haldiet, my"os luonnon – mec"an da vien – iz"and"at da niil"oi koskijat tavat. On sellitetty, mibo voimattomuksii rahvahan mie-les on mec"an da vien nen"a, niil"oin roindan vijat ollah hengizes elokses kiini, ristikanzan muailman da toizen muailman tazapainon rikkomizes. Kirjas on kiinnitetty huomivuo my"os n"amis voimattomuksis ennevahnazih pi"ast"andyritualoih. On ezitetty my"os toizien kanzoin samanluaduzii mifologeemoi. Enzi kerdua on painettu en"ambi nelli"asadua karjalastu kerdo-mustu, net ollah ruokos Karjalan Tiedokeskuksen Kielen, literatuuran da histourien instituu-tan arhiivas, on annettu n"amien kerdomuksien ven’akse sana sanah ki"ann"os. Tutkimusruado on kirjutettu folkloristiekan da etnogruafien yhtehizes n"agemykses, sit on tuodu my"os kie-litiijon da toizien l"aheizien tiedoaloin tieduo. Kirju on tarkoitettu monien gumanitarizien tiedoloin spetsialistoile da kaikile aihieh kiinnostunnuzile.

Мифологические рассказы являются одним из интереснейших фольклорных жанров, дающих наиболее полное представление о мировоззрении народа, о его взглядах на устройство макрокосма (весь окружающий мир, природа) и микрокосма (человек, межличностные отношения, вопросы воспитания). Из бы личек, бывальщин и поверий мы узнаем, во что верили люди, чего боялись и кому поклонялись, с какими существами сталкивались в «чужом», «неосвоенном» пространстве (в лесу и воде) и «своем», «освоенном»[1] (изба, вся усадьба и, шире, деревня) в лиминальные временные отрезки, в праздники и во время болезни, и как с течением времени трансформировались эти взгляды. В мифологических рассказах указываются не только локальные и темпоральные границы, в пределах которых человек находится в безопасности, но регламентируются и вербальные, этические и эстетические, хозяйственные и социальные нормы и правила[2]. Наличие всего этого комплекса внутренних, общечеловеческих и частных, законов обеспечило жизнеспособность данного жанра. Неслучайно на сегодняшний день, пожалуй, из всех традиционных фольклорных жанров именно мифологические рассказы продолжают свое достаточно активное бытование, трансформируясь в плане сюжета и системы образов. Карельская мифология, донесшая до наших дней самые архаичные пласты, в сравнении с русской находится в более сложной ситуации вследствие досадного положения языка: круг его носителей катастрофически сокращается.

Мифологическая проза неразрывно связана с обрядовой практикой, с различными заговорами, и это также служит укреплению ее позиции. Еще E. М. Мелетинский писал, что обряд и миф, образуя в рамках первобытной культуры тесное единство, мировоззренческое, функциональное, структурное, составляют два ее аспекта: вербальное и акциональное, теоретическое и практическое[3]. Функция мифа состоит в том, чтобы «упрочить традицию, придать ей значимость и власть, возводя ее истоки к высоким, достойным почитания, наделенным сверхъестественной силой началам»[4]. Данную функцию миф выполнял путем моделирования содержательной структуры традиции, сам являясь ее «сакрализованной моделью»[5].