Карабасовы слёзы (сборник)

Летним вечером группа молодых людей сидела на берегу реки вокруг костра.

Алкогольные пары приятно туманили головы и вскоре компания начала делиться на пары. Симпатичная блондинка и долговязый паренек, жадно целуясь и сбрасывая на ходу одежду, направились к реке. Войдя в теплую воду, парочка, пьяно хихикая, занялась любовью, вспугнув безмятежно мурлыкавших в прибрежной тине лягушек.

Леденящий душу женский крик взорвал тишину летней ночи.

В предрассветном тумане на берегу реки стояло несколько небольших групп людей. Их взгляды были устремлены на тело утопленника, вернее, на то, что от него осталось. Двое мужчин, следователей, курили, тихо переговариваясь:

– «Глухарь»! Повесят на нас!

– Не каркай!

– Сыро, блин. Когда подъедет хренов эксперт?

– А кто его знает! Надо будет поднимать архив пропавших, чтобы опознать тело.

– Да? А как «это» можно опознать?

Они одновременно швырнули окурки в мокрый песок и направились к свидетелям.

По телевизору передавали новогоднее поздравление Президента.

На довольно просторной кухне когда-то роскошной квартиры сидела женщина лет пятидесяти пяти. Она нервно затягивалась вставленной в мундштук сигаретой. Во всей ее фигуре, в посадке головы, даже в манере стряхивать пепел чувствовалась, «порода».

Это была вдова некогда влиятельного государственного чиновника «советской эпохи». Большая квартира в номенклатурном доме – все, что осталось от времен процветания и благополучия.

Скрипнула дверь, в кухню вошла младшая дочь хозяйки квартиры – девушка лет семнадцати по имени Саша.

Женщина резко обернулась, но, увидев дочь, несколько успокоилась и спросила:

– Как Мишечка?

– Хнычет, – грустно вздохнула Саша. – А как может быть иначе, если Наташка сама ночами не спит и плачет?

– Ничего! Теперь успокоится!

– Новогодняя ночь, а она снова куда-то звонила и плакала.

– Что решено – то должно быть сделано! Если я, мать, не только допускаю, но и радуюсь тому, что моя дочь бросает мужа, значит оно того стоит! Надо ликовать, что Наташа наконец освободится от такого «золота».

– Мама, зачем ты так говоришь? Он не плохой! Он удивительный человек!

– Как же! Удивительный! Как только деньги в руках, так сразу и удивляет!

– Это его деньги! Он чужих не брал…

– Нашла чем гордиться! Сейчас берут все и несут в дом. А когда он в последний раз что-то приносил? На месте Наташи я бы уж год назад его бросила!

– Тебе легко говорить!

– Нет, не легко! Мне, матери, видеть дочь несчастной и разведенной нелегко! Поверь, очень нелегко! Отца давно нет – я одна. Но я благодарна Богу, что она решилась. Наконец все будет кончено!

– И что же здесь хорошего?

– А то, что найдутся люди в тысячу раз лучше вашего Глебушки и будут счастливы жениться на Наташе.

– Ты о Сергее?!

– А почему бы и нет? Он любит ее уже десять лет, а она, я уверена, – любит его.

– Не так, как Глеба! Это дружба!

– Знаем мы эту дружбу. Если не будет препятствий…

– Ты судишь по себе!

– Не хами!

Раздался звонок в дверь.

Женщины вздрогнули и притихли.

Первой опомнилась Саша:

– Я открою.

В дверях стоял запыхавшийся Сергей. Обычно невозмутимый, как все дипломатические работники, сейчас он был сам не свой.

Хозяйка квартиры, увидев гостя, вся подобралась.

– Сергей, вы? С Новым годом!

– С Новым годом, Мария Николаевна! Наташа мне звонила… Такой странный звонок… Она здорова?

– Здорова. Ребенок немного приболел. Сашенька, позови Наташу.

Саша ушла.

Тягостно вздохнув, Мария Николаевна обратилась к Сергею:

– Да, тяжелое время… Вы ведь знаете?

– Знаю, я говорил с Наташей после его ухода… Неужели она решилась – так бесповоротно?

– Да, слава богу!

– Но резать по живому больно и тяжело!

– Разумеется тяжело, но их брак уже давно был надрезан. После всех его гадостей, после всех клятв, что это не повторится, он набрался наглости и произнес здесь обличительную речь – «его, – мол, – слушают и не слышат»! Он, видите ли, устал!

Мария Николаевна свирепо вдавила окурок в пепельницу.

– Сережа, вы нам близкий человек, от вас секретов нет: он столько раз порывался уйти – так пусть уходит! Мы на этом настоим!

– Да, но они так любили друг друга…

– Ее любовь подверглась испытаниям и вряд ли от нее что-либо осталось. Согласитесь: пьянство, обманы, неверность – разве можно любить такого мужа?

– Для любви все возможно…

В этот момент в кухню вошла Наташа. Ее глаза были красными и припухшими от слез.

– Вот, Наташенька, Сергей явился на твой зов, – лукаво улыбнулась Мария Николаевна.

– Меня немного задержали, – извиняющимся тоном пояснил Сергей. – С Новым годом!

Наташа набрала в легкие воздух и выпалила:

– Сергей! У меня к тебе большая просьба… Мне не к кому больше обратиться…

– Все, что смогу.