Капсулёр. Часть 2

Половину сферического обзора затмевают сине-фиолетовые разводы газопылевого облака. На Земле это облако ещё называют туманностью Ориона или М42. Что правда с Земли оно кажется намного меньшим и от взгляда телескопов ускользает куча деталей. И уж точно с Земли не разглядеть громаду Прыжковых Врат, отдалённо смахивающих на восьмигранную гайку. «Гайка» кажется крохотной точкой даже с расстояния в двадцать мипров, что уж говорить о Земле до которой полторы тысячи световых лет. Впрочем, для земного наблюдателя «гайка» не существует вообще, отражённый от неё свет долетит до Солнечной системы лишь через тысячу триста пятьдесят лет.

Ещё чернильная пустота вакуума разбавлена холодным светом далёких звёзд, а «гайка» мерно пульсирует навигационными огнями. Красиво и совершенно бессмысленно. Мигающие фонари на выдвижных мачтах морально устарели ровно в ту секунду когда корабли разумных покинули моря и отправились в дальний космос. От огней нет никакой практической пользы потому что любое современное судно оснащёно многоцелевым сканером, способным видеть в гораздо более широком диапазоне чем человеческий глаз. Сканеру не нужны дополнительные ориентиры в виде глупых разноцветных лампочек. Однако технари Содружества упорно оснащают каждый объект «мигалками». Зачем? Всего лишь затем, что так положено… было положено тысячи лет назад. Человеческий гений путешествует рука об руку с человеческой глупостью и косностью сквозь века и расстояния.

Краем глаза мазнув по живописной картине космоса Клим в десятый раз задал себе вопрос: не идиот ли он, что бросился на поиски непонятного псиона-старца из родовой легенды князя Всеволода? По всему выходило, что идиот и ещё какой. Но на тот момент пилоту отчего-то казалось, что это охренительно отличная идея: пойти туда – неизвестно куда и найти того – непонятно кого. Хотя, конечно, известие о скорой смерти попортит мыслительный процесс кому угодно. А тут ещё внезапное замужество Шакти. Само по себе дело житейское, но в сумме получился мозговыверт. И вот: до смерти месяц, может меньше, а Клим мчится в неизвестность на довольно странном корабле.

Понятно, что построен «Перун» очень давно, может даже ещё до всеобщего развития капсульных технологий, но тем необычнее смотрелись сходства и различия. С одной стороны само наличие стандартного посадочного слота для капсулы. А с другой: в «Перуне» все десять средних орудий «вшиты» прямо в конструкцию корабля и замены не предусматривают. Потому Всеволод и расщедрился на дополнительную базу по вооружению. Любимые рельсотроны Клима, навыки на которые прокачаны до четвёртого ранга, просто нельзя сюда поставить.

Родные же энерго-орудия «Перуна» анахронизм. Подобные излучатели энергии довольно неуправляемы. Заставить некое подобие молнии бить в определённое место, да ещё и в условиях вакуума задача не простая. Для этого турели оснащаются ещё и лазерами, которые создают для энергии специальный ионизированный канал, по которому она и двигается. По сути это лазер плюс энерго-излучатель, поэтому орудия и считаются гибридами. Ещё они очень прожорливы и быстро сливают конденсатор, так что от энерго-гибридов по большей части отказались.

Но создатели крейсера «Перун» ловко выкрутились – «зачехлили» общее энергопотребление орудий на усилители корпуса, встроили в корабельный каркас охладители, плюс ещё несколько мелких наворотов, и вуаля: вышло вполне себе годно. Если, конечно, не брать во внимание невозможность замены.

А, вообще, гибридизация вооружения снова набирает всё большую популярность. Взять те же бластеры. Раньше они просто выплёскивали в космос сноп плазмы, их даже называли плазмотронами или плазмомётами. Но энергия такого выстрела быстро рассеивалась и убойная дальность не превышала пяти мипров.

Теперь же сгустки плазмы заключают в тугоплавкую сферу наподобие пули. Пока плазма прожжёт упаковку, пуля успевает пролететь все двадцать-двадцать пять мипров, а повреждения наносит как бы не больше чем прямой поток. Так что современные бластерные орудия тоже считаются гибридами.

Клим углубился в память, словно вспоминая сотни уроков по энерго-гибридам. Новые знания уже расположились на полочках разума и было интересно «вспоминать» то, что как бы давно знаешь. Впрочем, первый ранг базы давал лишь общие сведения, основной упор делая на использовании, то есть на особенностях стрельбы и прицеливания. В этом отношении энерго-гибриды проще рельсотронов. Нет отдачи и не приходится компенсировать ускорителями курс корабля после выстрела. Клим прокручивал в памяти полученные знания чтобы они лучше укрепились. Больше в полёте просто нечем заняться.

Пилотирование требовало минимального внимания. Клим быстро свыкся с утяжелённой конструкцией крейсера. С его неповоротливостью, по сравнению с эсминцем, к замедленному ускорению и особенностям прицеливания. Навык управления крейсером прочно въелся в подсознание, будто Клим всю жизнь только этим и занимался – пилотировал литую плиту брони.