Капкан (СИ)

- Чем ты опять недоволен? - Сергей Александрович обиженно сопит, не сводя с меня своих маленьких, близко посаженных серых глазок. Сереженька. Ему не нравится официоз, он любит, когда я к нему на равных, без тени отвращения, даже почти с любовью. Правда, он должен быть в курсе, что я его ненавижу, ведь не мог же он поверить в сказку, которую сам и придумал?

- Не понимаю, о чем ты.

Все я прекрасно понимаю. Понимаю до блевоты, до скрученного спазмами желудка, который я готов выплюнуть, проведя через гортань, через глотку.

- Ты опять напился. Ты пил всю неделю, пока мы отдыхали на Мальдивах, потом в самолете, а теперь тут, в Москве. Скажи пожалуйста, почему ты спиваешься?

- Я не спиваюсь. - Фыркаю. - У меня отпуск, я что, не имею права расслабиться?

- Ты имеешь право делать все что угодно, только смысл ехать на Мальдивы тогда было? Мог бы и здесь пить, не выходя из квартиры.

Если бы ты поехал на Мальдивы, а я остался в Москве, я бы и не пил. Неужели непонятно?

- А как еще отдыхать надо? - Пьяно гогочу, Сереженька морщится. Мне нравится смотреть на его недовольную морду.

- Как угодно. Но не нажираться же до такого состояния, чтобы падать лицом в пол! Или тебе Мальдивы не угодили? Ты же сам сказал, что хочешь туда поехать.

Ага, а ничего, что у нас было только два варианта: Сейшелы и Мальдивы, а мне они на одно лицо?

- Может, мне все не угодило? - Я уже не контролирую свой язык, и это очень, очень плохо. Мой любовник замирает.

- И что тебе не угодило?

- А как бы ты жил на моем месте? За чужой счет?

- Наслаждался бы жизнью. - Вполне серьезно сообщает Серёженька, и его глаза загораются. - Ты живёшь в шикарной квартире, ездишь на тачке представительского класса, деньги есть, отдых на самых престижных курортах. Что ещё надо?

Он либо идиот, либо издевается. Но вступать в спор, значит, разозлить. А оно мне надо? Все равно ни черта не поймёт. Потому что понимать не хочет.

- Прости, просто я не умею, видимо, ценить, что есть.

Я вру. Это не раскаяние за хамство и испорченный отдых, это желание замять надоевший нам обоим разговор.

- Я не знаю, что тебе еще нужно. Скажи мне.

Что мне нужно? Чтобы ты свалил куда-нибудь!

- Если я тебя не устраиваю, то можешь найти кого-то другого.

Говорю резко, но в то же время, с надеждой, что, может, он и сам задумается заменить меня кем-то более благодарным? Сколько можно терпеть мои выходки?

- Тише, тише… - Рука Сереженьки поглаживает мне яйца, но убрать я её не могу, хотя мне противны его прикосновения. Отвожу глаза, чтобы скрыть ненависть, которую мне не дано на него выплеснуть. - Я не хочу тебя учить жить… Но, Олег, я боюсь за тебя. Ты пил всю неделю, потом лез в море, я боялся, что ты утонешь… А ты мне живой нужен. - Сереженька подымается, расстегивает мне ширинку, и, глядя снизу вверх, запускает свои наманикюренные пальцы мне в трусы. - Не надо глупостей, прошу тебя.

***

Слон - большое животное, а человек по сравнению с ним - крохотное. И я всегда удивлялся в детстве, как человеку удаётся приручать слона? А сейчас не удивляюсь, совсем не удивляюсь.

***

Вот уже больше года я сожительствую с Сергеем Александровичем. Он мой шеф и мой любовник. Даже не знаю, как я вытерпел эти четырнадцать месяцев его голубой любви, но, судя по всему, мне ещё терпеть и терпеть. Его все устраивает: он знает, что с его внешностью и мерзкой душонкой единственный человек, кто его полюбит - это мама. Так что с иллюзиями он давно расстался. Я, правда, тоже.

Мы засыпаем в одной кровати, в одной кровати просыпаемся. Вместе завтракаем, вместе ходим в рестораны и спортзал. Но фитнес идёт на пользу только мне. А что может исправить его огромный рахитичный живот, толстую, почти бабскую, задницу и жирные кривые ноги, я даже не знаю. На этом фоне его лысина уже не кажется чем-то уродливым. Все прекрасно дополняет друг друга, включая толстый нос в форме картошки и розоватые, пухлые губки. Он ниже меня на голову и старше на пятнадцать лет. А эти губы я целую каждое утро и каждый вечер. И трахаю его в жирную задницу два раза в неделю. И уже почти не чувствую отвращения.

Я устроился в “Нефтепромлогистик” пару лет назад, на должность инженера эксплуатации, хотя какой я инженер? Я просто обслуживаю офисное здание. Это я слежу, чтобы лампочки всегда горели, проводка не шалила, розетки не бились током, туалеты не текли, а стены плесенью не покрывались. Организация переехала тогда в новое здание и эксцессов было много. Я постоянно устранял недоделки после ремонта. Здание изначально было старым, строилось еще в советские времена, поэтому в подвалах постоянно стоит вода, а плесень так и норовит покрыть стены.

На работу меня принимали начальница отдела кадров и Сергей Александрович - исполнительный директор. Мне в первый же день он не понравился. Точнее, не сам он, скорее, его взгляд, похотливо-оценивающий. Я не был наивен, то, что будущий шеф - гей было понятно сразу. Но какое мне дело до чужой ориентации? Не в бордель же устраивался. Мне и в страшном сне не могло присниться, что придётся спать с ним.