В каменном чреве Нью-Йорка
Описание
Эта книга – погружение в сложные портреты эмиграции. Она исследует не только физическое перемещение из одной страны в другую, но и глубокие изменения культур, взглядов и личностей. Автор рассказывает о трудностях адаптации, о необходимости учиться новому и быть готовым к переменам в каждом аспекте жизни, от работы до социальных контактов. Истории в книге проиллюстрируют, как люди справляются с переездом и новыми условиями.
ВМЕСТО ВСТУПЛЕНИЯ
Я нахожу в толковом словаре о месте и условиях моих последних 33 лет, а именно:
ЭМИГРАЦИЯ
1. Вынужденное или добровольное переселение из своего отечества в другую страну по политическим, экономическим или иным причинам
2. Место, время пребывания после такого переселения. Пример: жить в эмиграции…
Однако, это не только перемещение из одной географической точки в другую, но и смена культур, видения, вкусов, оценок, обычаев, собственного положения, собственной личности, да мало ли. Чтобы выжить в таких условиях, приходится многому учиться и ко многому быть готовым/ готовой – от рода занятий до рода контактов.
Об этом мои истории
Цвет вашей кожи
Мы с дочкой-подростком уезжали из России в США, и путь наш лежал через Австрию. В Вене нам нужно было прийти в американское консульство для получения въездных виз. Вот мы пришли. Сотрудник консульства выдал нам две формы, и я принялась их заполнять сверху донизу нашими биографическими и персональными данными: «имя-фамилия-отчество»; даты (месяц/день/год) и места (страна, город и пр.) наших рождений; девичьи фамилии наших мам; занятие и пр., и пр.
На последней строке каждой из форм требовалось указать некое «complexion». Я обратилась к сотруднику:
– Прошу прощения… А что это, «complexion»?
– Это означает «цвет вашей кожи», – ответил тот.
Я решила: о, мне, очевидно, предстоит доказать, что я художник (а я художник) и, следовательно, хорошо разбираюсь в цветовой гамме…
Я начала с дочки – посмотрела внимательно на её бледненькое, невыспавшееся личико и написала:
«Зеленовато-желтовато-кремово-охра»
Затем, чуть подумав, представив собственное каждодневное отражение в зеркале, – о себе:
«Розовато-бежевая»
Сотрудник взял в руки наши формы, пробежал глазами… Дойдя до последней строки, воскликнул:
– Что вы тут понаписали!!!
Потом энергично вычеркнул написанное мною и вписал, там и там, повторяя вслух:
– «Белая». «Белая».
– Как это «белая»? Почему «белая»? – вскинулась я. – «Белая» – это вот стена, что за Вашей спиной, «белая» – это чистая анкета перед Вами на столе, а человеческая кожа…
На всякий случай я взглянула ещё раз на дочку: нет, бледненькая, но не до такой степени, по-прежнему желтовато-охристая. Да и я, она подтвердила шёпотом, «в порядке», то есть, розовато-бежевая.
Но работник, бессердечно заклеймив нас: «белая», «белая», отложил в сторону анкеты и выпроводил нас из кабинета.
Как оказалось, в США общепринято заполнять всякие бумажные формы, и на определённой строке указывать цвет своей кожи. Я обычно игнорирую эту строку: рука не поднимается писать «белая». Вообще-то, мне и не встречались люди – имея в виду живых, конечно, – с кожей именно белой.
(А вам?)
Путь домой (Что есть живое?)
…Наконец-то пришёл – скрипучий, грязный, поздний поезд-трэйн. Пришёл и взял на борт. Поезд… Впрочем, всё равно какой.
Приходилось ли вам видеть городской полёт пластикового мешка? Мне – о да, приходилось. Мне приходилось быть свидетелем того, как разорванное, продырявленное чумазое существо неорганического происхождения, появившись откуда-то из-за угла, из-за поворота, а то ещё вдруг взмыв с заплёванного асфальта, летело рывками по улице; парило над трассой со снующими автомобилями; мчалось вдоль стен домов, заглядывая в минуемые окна; внезапно приземлялось у ног прохожего, ставя его – столь же внезапно – перед выбором: №1 – обойти машинально, по выработанному рефлексу самосохранения; №2 – споткнуться, автоматически безумно-бездумно выругавшись: «Shit», «F…k», и потом злобно и так же автоматически обернуться на прощание; или ещё, №3 – подцепить приземлившийся объект и волочить за собой на одной ноге, уныло между тем обгладывая с кочана остывшую кукурузу…
Итак, дорога домой. Трэйн… Впрочем, всё равно какой. И даже всё равно куда. Тот, который, наконец, пришёл. В нем люди-пассажиры – мертвецы. Что с того, что шевелятся, выходят каждый на своей остановке, наступая при этом мне на ноги и желая – не мне, а друг другу – доброй ночи (доброго дня). Кто-то кому-то обещал позвонить и вряд ли позвонит. В углу китаянка либо кореянка, либо ещё какая раскрепощённая женщина Востока зевает не прикрывая рта, видны металлические коронки. Но ведь глаза её закрыты, и таким образом, никто её не видит… А вот мужчина с подрисованными бровями – сухой как жук. Вдруг вижу: по полу движется пушинка. Как движется! Красиво, весело, беззаботно. Она кажется единственно живой, одушевлённой среди них… «Соmе on, соmе оn, Ветсу, be сагеfull tonight!» – «Пошла, пошла Бэтси, будь осторожна этой ночью!»
Но поздно. Исчезла в пасти металлических коронок. Аминь.
Выйдя из поезда и шествуя по загаженному туннелю к выходу, продолжаю думать-вспоминать: «Значит, любой кусок материи бывает послушен (как и бывает непослушен) духам движения…»
И: «…А если так движется, не значит ли, что живёт?»
Сны в трэйне* «Эй**» (*поезд, train ** «A»)
Похожие книги
Аккорды кукол
«Аккорды кукол» – захватывающий детективный роман Александра Трапезников, погружающий читателя в мир тайн и опасностей. В центре сюжета – загадочный мальчик, проживающий в новом доме, и его странное поведение. Владислав Сергеевич, его жена Карина и их дочь Галя сталкиваются с непонятным поведением ребенка, который заставляет их задуматься о безопасности и скрытых угрозах. Напряженный сюжет, наполненный неожиданными поворотами, интригой и тревожным предчувствием, заставляет читателя следить за развитием событий до самого финала. Это история о скрытых мотивах, подозрениях и борьбе за правду, в которой каждый персонаж играет свою роль в запутанной игре.
Одиночка: Одиночка. Горные тропы. Школа пластунов
В новом теле, в другом времени, на Кавказе, во время русско-турецкой войны. Матвей, бывший родовой казак, оказывается втянутым в водоворот событий: осада крепости, стычки с горцами, противостояние контрразведке. Он пытается скрыться от внимания власть имущих, но неизбежно оказывается в гуще заговоров и опасностей. Каждый день приносит новые приключения, враги и кровавые схватки. Выживание в этом жестоком мире становится главной задачей для героя. Он сталкивается с трудностями, но не опускает руки, сохраняя свой характер и привычку бороться до конца.
И один в тайге воин
В таежной глуши разворачивается история смелого старателя, который, казалось, обрёл всё, о чём может мечтать обычный человек. Но война, которую он ждал, внесла свои коррективы в его жизнь, принося новые проблемы. Он сталкивается с трудностями, предательством и опасностями в борьбе за выживание в суровых условиях. В этом приключенческом романе, сочетающем элементы детектива, боевика и попаданцев, читатель погружается в мир, где каждый день – борьба за выживание, а каждый враг – угроза. Встречаются новые люди, возникают сложные ситуации, которые герой должен преодолеть. Он должен не только выжить, но и защитить свою семью и близких. Книга полна динамичных событий и захватывающих поворотов сюжета.
Одиночка. Честь и кровь: Жизнь сильнее смерти. Честь и кровь. Кровавая вира
Елисей, опытный агент спецслужб, вновь оказывается втянутым в опасную игру. На этот раз его преследуют государственные разведки, стремящиеся устранить его. В ситуации, когда его решают убрать, Елисей объявляет кровную месть. Он готов на все, чтобы отомстить за себя и своих близких. Его путь к справедливости полон опасностей и противостояний. В этом напряженном противостоянии Елисей сталкивается с коварными врагами, используя свои навыки и знания, чтобы раскрыть правду и добиться справедливости. Книга полна динамичных действий, интриг и поворотов сюжета.