Как я стал американцем

Несколько десятков новобранцев стояли строем супротив старинного здания штаба. Это было печальное зрелище — лысые головы отсвечивали незагоревшими бритыми затылками, новенькая синяя безразмерная роба с погонами "Ф" на плечах полностью обезличивала каждого человека, делая всех похожими на инкубаторских цыплят. Дверь штаба открылась, и на порог вышел офицер: — Здравствуйте товарищи матросы! — Бе-ее-е-з-драв-бля-на-буй-привет… — проблеяла толпа. — Та-ак! Значит и здороваться не умеем? Ничего, за три года Вас научат здороваться… (блин, — подумал я, — неужели я только за этим здесь, чтобы хором орать "привет" всякому кретину в погонах?)…, а сейчас мы с Вами познакомимся и распределим Вас по учебным группам. Итак, в первую группу по специальности "электромеханик мобильного ракетного комплекса" будут зачислены следующие товарищи:…, Стормин…. Стормин! — Я! — Спите, батенька… Чевой-то ты такой невеселый? Веселее надо быть! — офицер расплылся в улыбке алигатора. После переклички и распределения, нас разделили по группам. К нашей группе из пятнадцати человек подошел тотже офицер в компании с парнем, как и все мы одетый в робу, но вместо букв "Ф" у него на погонах сияла большая золотая полоса, а сама роба была хорошо подогнана по фигуре. — Так-так… Это значится у нас хто? А это наши родные электромеханики… Молодцы! Орлы!.. Кстати, орлы, а кто-нибудь из Вас раньше с электричеством дело имел? — офицер задумчиво окинул строй, ворочая своим тридцати килограммовым лицом, — что, никто даже лампочку никогда не вкручивал? — Я вкручивал, — сказал паренек на шкентеле строя. — Вы?… Отвечать надо так: матрос Пупкин! Вкручивал лампочку! Ясно? — Ясно… — Hу, так где ты и что вкручивал? — В коровнике… Я вообще-то оператор… — О-о! Оператор! Это хорошо, товарищ оператор. Вы все к концу срока обучения будете операторами ракетного комплекса. А ты какой оператор? — Оператор машинного доения… — Hу-у-у… А кто еще здесь оператор? Вот ты, кто? — офицер ткнул меня в грудь толстым как сосиска пальцем. — Матрос Стормин! Не оператор машинного доения. Студент четвертого курса Ленинградской… — Это ты в прошлом студент. А теперь ты есть курсант Тринадцатой Школы Оружия, и специальность твоя "электромеханик-оператор мобильного комплекса тактических крылатых ракет". Ясно? — Ясно! — Чиво? Не "ясно", а "так-точно", понял? — Да… Так-точно. — Молодец! Орел! Только вот какой-то дохлый ты орел… Тебя что, не кормили в этом твоем институте? Hи-че-го, за три года ты такую репу здесь себе наешь, в двери не пройдешь… Родная мамка не узнает! (При упоминании про "три года" мне стало ужасно хреново на душе). — … а теперь, группа! Смир-p-на! Позвольте передставить Вам Вашего старшину: это и есть перед Вами главстаршина Козлов! (клянусь, увидев рожу старшины, я сразу понял какая у него фамилия)

… — Объявляю распорядок дня: подъем в пять-тридцать, Через пять минут построение у входа в казарму, затем кросс пять километров, занятия в спорт-городке с инструктором, потом душ и уборка, после завтрак: съесть советую все независимо от гастрономических пристрастий. После завтрака — в 8-50 построение на плацу для подъема флага и наказания недобежавших во время кросса… В 9-10 начало занятий в классах учебного центра… В 18–00 ужин и личное время: можете пойти в библиотеку, спортплощадку или посмотреть фильм по-выбору большинства присутсвующих в клубе. В 20–30 всем стоять в строю на плацу — вечерние строевые занятия, в 21–00 все дружно смотрим телевизор — программу "Время". Затем уборка и ночные тренировки, поверка. В 23–30 отбой — всем спать на правом боку — не нагружать сердце, ваше здоровье принадлежит Министерству Обороны… А сейчас все строем идем на беседу с дохторами-психуятарами. И если кого признают больным, лечить буду я сам! — старшина хищно ухмыльнулся.