Как стать волшебником

— А вдобавок — бормотала Нита, устремляясь вниз по Роуз авеню, — вдобавок никогда я не могу попридержать язычок.

Она бежала без передышки уже целых пять минут, перемахивая через заборы, протискиваясь сквозь ограды, но они все равно догоняли. Они где-то там, позади, совсем близко. Ей даже казалось, что она слышит дыхание Джоанн и Гленды и всех остальных, которые норовят поймать ее и подновить уже побледневший с прошлого раза фингал под глазом.

А что, собственно, произошло? Ну, приходит к ней Джоанн. Ну, хвастает своим новым, отливающим серебром великом. Ну, всякие там на нем рычажки, разные приборчики, спидометры, хронометры, прищепочки да фляжечки и прочие прибамбасы. Вертится перед носом да еще спрашивает, что Нита думает об ее паршивом велике. И Нита сказала! Сказанула, в общем. Все сказала, что думает… о ней! Велик, честно говоря, был что надо. Отличный велик, именно такой Нита мечтала получить на прошлый день рождения, когда ей вместо него отвалили кучу шмоток.

«Жизнь иногда здорово бьет по башке, — думала Нита, — так и лупит, так…»

Впрочем, сейчас ей некогда было додумывать. Тут бы спастись от настоящей трепки.

— Эй, Каллахан! — заорали позади. Они всегда звали ее по фамилии. — Мы оставим от тебя мокрое место и разольем по бутылкам!

«Интересно, сколько им потребуется бутылок?» — хмыкнула Нита, хотя ей было вовсе не до смеха.

На велосипедах они ее быстренько догонят. А потом… Брр! Она старалась не думать об этом «потом». А после этого? Отец, воздевающий руки к потолку и возглашающий на весь дом: «Почему ты не дала им СДАЧИ?» Сестра, умеющая здорово махать руками после драки. Мать, сострадательно качающая головой.

Нита просто не переносила этих сострадательных глаз. А печальные вздохи были для нее похуже, чем все синяки и ссадины на распухшей физиономии. А мама наверняка станет охать, ахать и промывать с причитаниями каждую царапину.

«Проклятье!» — ругнулась Нита. Она остановилась перевести дух. Надо спрятаться и переждать, пока они проскочат мимо. Но где? На огородах? Но почему-то большинство людей в округе терпеть не может, когда дети бегают по их грядкам. Есть, правда, дом Чокнутого Свейла. Там громадный парк. Но среди соседских ребят ходят слухи, что в доме этого психа происходят странные, таинственные штуки. Нита и сама замечала, что у старины Свейла все не как у людей. Нет, лучше уж быть поколоченной, чем оказаться ТАМ.

Но где же все-таки спрятаться? Она ринулась дальше по Роуз авеню, и судьба подкинула-таки ей подходящий выход, вернее, вход: дверь маленького кирпичного домика. Библиотека. Островок спасения. Убежище и безопасность. Свет в окнах. Значит, она открыта! Какая удача, что в воскресенье библиотека закрывается попозже! Слава Богу!

Светящиеся окна библиотеки прибавили Ните сил. Она бросилась напрямик через опрятный газон, пронеслась по дорожке, в два прыжка одолела все пять ступенек веранды и ввалилась внутрь, грохнув дверью.

Прежде библиотека была просто частным домом. Она и теперь, битком набитая книгами, сохраняла очень домашний вид. Стены обшиты красным деревом и дубом, пахнет уютом, книгами, теплым деревом.

Услышав тяжелый удар двери, миссис Лессер, воскресный библиотекарь, подняла строгий взгляд от стола. Но, увидев тяжело дышащую, возбужденную Ниту, сразу обо всем догадалась. Она еще некоторое время хмурилась, а потом усмехнулась.

— Внизу никого нет, — сказала она, кивнув головой на дверь полуподвала, где разместилась детская часть библиотеки. — Сиди тихо. Я постараюсь их спровадить.

— Спасибо, — сказала Нита и загрохотала вниз по ступенькам.

Не успела она спуститься, как наверху послышался скрип входной двери. Нита затаилась и прислушалась к приглушенным голосам, но ничего разобрать не смогла. Уверенная в том, что и ее не услышат, она радостно улыбнулась книгам на полках и ярким плакатам на стенах.

Здесь было самое любимое ее место. Она вообще любила библиотеки — маленькую ли, большую ли, встречающую бесконечными рядами книг. О чем только они не рассказывали! Они словно бы ждали, что она с трепетом возьмет их в руки и забудет обо всем на свете. Когда нет друзей, с которыми можно поболтать, книжка всегда готова с тобой побеседовать, поднести тебе какую-нибудь потрясающую новость, расцветить слегка поднадоевшую жизнь удивительной картинкой.

Где-то там, наверху, снаружи, льет дождь или дует в лицо холодный ветер, а тут из раскрытой книги глянет на тебя жизнь из давних, забытых времен или увидятся на смутном фото неясные кольца Урана, а то уставится громадный граненый глаз пчелы, увеличенный, может, в сто раз.