Как спасти убийцу

Как спасти убийцу?

Не так давно на «Правдинформ» и других интернет ресурсах была размещена моя статья «В шаге от помойки истории». Статья эта касалась абортов и демографических проблем русского народа.

Статья эта понравилась не всем, и в комментариях мне были высказаны некоторые претензии. Поскольку тема эта крайне важна, есть предложение эти претензии подробно рассмотреть. Думаю, что это будет и интересно, и полезно читателю.

Итак, претензия первая.

Добиваться запрещения абортов не нужно, так как человеческие эмбрионы, гибнущие в процессе аборта – вообще не люди.

Феминистки высказывают этот тезис так – «наше тело – наше дело, и мы будем делать с ним, что хотим».

Ответ.

Нет, дорогие читатели. Нравится кому-то, или не нравится, но эмбрион не является частью тела беременной женщины! Это тело ДРУГОГО ЧЕЛОВЕКА, просто временно в теле женщины находящееся.

Поскольку то, о чем мы сейчас говорим, крайне важно, рассмотрим этот вопрос подробно.

Задумаемся – а какие у нас вообще есть источники познания? Откуда мы вообще знаем, что вот это – правда, а это – ложь?

Вот, к примеру, ребенок – он знает то и это. А откуда он это знает?

Источников всего два.

Первый – ребенок что-то узнает на своем собственном опыте. Например, что дотрагиваться до горячей печки не нужно – потом долго болят пальчики.

Второй – ему что-то рассказали или показали те, кто старше. Родители, например.

Так вот – человечество тот же ребенок, у него те же два источника знаний.

Первый – опытный, научный, ведь научным фактом считается не то, что кому-то кажется, а то, что доказано на опыте.

Второй – это Откровение. Мы знаем о мире то, что сказал нам Тот, Кто больше нас, Тот, Кто сотворил мир и все, что в мире – Бог.

С этого и начнем.

Вопрос первый – Бог считает младенцев в чреве матери людьми, или нет?

Ответ – да, считает. Откуда мы это знаем? Из Боговдохновенных книг Святого Писания.

Вообще, в Библии можно найти достаточно мест, где говорится о том, что ребенок во чреве матери – уже человек. Для меня самым поразительным является рассказ о том, как после чуда Благовещения Дева Мария пришла к своей родственнице Елисавете. На тот момент Еслисавета носила во чреве Иоанна Крестителя – была на шестом месяце беременности.

И вот, когда Дева Мария вошла в дом и приветствовала Елисавету, то - «взыграл младенец во чреве Елисаветы; и Елисавета исполнилась Святаго Духа, и воскликнула: благословенна Ты между женами, и благословен плод чрева Твоего! И откуда это мне, что пришла Матерь Господа моего ко мне? Ибо когда голос приветствия Твоего дошел ко мне, взыграл младенец радостно в чреве моем» (Лк. 1, 41-44).

Обратите внимание – до рождения Иоанна остается еще 3 месяца, но он уже способен реагировать на события, более того – оценивать их (младенец взыграл в чреве Елисаветы не как-нибудь, а именно РАДОСТНО!).

Но и более того – в этой истории ведь есть и еще Один Младенец – Иисус. Елисавета, движимая Духом Божьим, называет Деву Марию именно МАТЕРЬЮ ГОСПОДА. То есть Дева Мария УЖЕ Матерь Господа, а Христос – УЖЕ Господь и Бог, не смотря на то, что от чудесного Зачатия Богочеловеческого Тела Господа без мужского семени прошли считанные дни и это Человеческое Тело Воплощенного Бога можно измерить миллиметрами!

Иногда можно услышать, что Святое Писание не запрещает абортов напрямую. Запрещает, но только это не отражено в русском переводе. Сказывается то, что этот перевод был сделан в сравнительно благополучном, не знавшем легальных абортов 19 веке.

Итак, в «Послании к Галатам» апостол Павел перечисляет человеческие грехи (Гал. 5, 19-21). Один из этих грехов }pharmakeia (фармакейя), то есть составление и применение снадобий. В Синодальном переводе это слово переведено как «волшебство», ведь снадобья иной раз изготавливали люди, которые пытались колдовать. Но это не единственно возможный вариант перевода! Скажем, Плутарх использует слово pharmakeia для описания снадобий, которые использовались именно для контрацепции и абортов. И святой Климент Александрийский определяет pharmakeia именно как абортивное средство.

То есть слово }pharmakeia в «Послании к Галатам» вполне может быть переведено не как «волшебство», но и как «изготовление снадобий для абортов». Кстати, слово pharmakeia встречается в Писании и еще один раз, только во множественном числе pharmakois - в «Откровении Иоанна Богослова». В главе 21, стих 8 перечисляются грешники, чья участь – озеро, горящее огнем и серою, и смерть вторая. В Синодальном переводе pharmakois переведено как «чародеи», но может быть переведено и как «те, кто с помощью снадобий делают аборты». Этот вариант перевода, скорее всего, более уместен. Дело в том, что слово pharmakois стоит сразу после слова «любодеев», а половая распущенность так часто приводит к абортам!