Как разбиваются сердца

Эллис подъехала к солидному многоквартирному дому, в котором жида. Улыбка играла в уголках ее красивого рта, пока она парковала машину там, где обычно, и думала о том, как все здесь не похоже на место, откуда она возвратилась.

Она вошла в парадный подъезд. Да, пора забыть о покойном и безмятежном уик-энде, который она только что провела со своими родителями в их коттедже в Девоне. Сорок восемь часов тишины и покоя остались позади.

Нельзя сказать, что она жалела об этом — сейчас. Всего пять месяцев назад она жила в предместье Лондона со своими родителями, в семье, в которой было не принято разговаривать на повышенных тонах. Поэтому в первые дни жизни в квартире, которую она стала снимать вместе с другими девушками, Эллис постоянно вздрагивала от их пронзительных криков. Возмущенная Виктория настойчиво требовала ответа от Никки: «Ты взяла мой фен?» Никки визгливо кричала Виктории: «Так ты опять брала мои черные туфли?»

Сейчас Эллис уже привыкла к этому. Но она предполагала, что ее тогдашнее замешательство, ее опасение, что она, возможно, допустила ошибку, откликнувшись на объявление: «Требуется четвертая квартирантка для совместного проживания», не остались незамеченными. Потому что Луиз, самая старшая из девушек и, как оказалось позже, самая уравновешенная из них троих, при первой же сцене принялась успокаивать Эллис, сказав, что эти две через несколько минут уймутся.

Так и произошло. Виктория и Никки тут же забыли о своей ссоре и снова стали неразлучными подругами.

Эллис поднималась по лестнице в их квартиру на втором этаже, чувствуя себя счастливой оттого, что ей повезло с соседками. Изначально это была квартира с тремя спальнями, но потом Никки, которая без конца попадала из одной неприятной ситуации в другую, потеряла, в результате постоянных опозданий, работу и не смогла платить свою долю арендной платы полностью.

Луиз, Виктория и Никки устроили совещание, на котором Виктория призналась, что ее финансовое положение тоже плачевно, а Луиз поведала о том, что должна была экономить деньги для двенадцатилетнего сына. Ее бывший супруг оплачивал пребывание Томаса в школе-интернате. Но не проходило ни одного месяца, чтобы растущему мальчику срочно что-то не требовалось. Бывший же муж считал, что, оплачивая обучение сына, он и так делал больше, чем надо, — все остальное было заботой Луиз.

Результатом совещания как раз и стал вывод о том, что четвертая квартирантка, которая будет вносить часть арендной платы, поможет им всем справиться с ситуацией. Да и к чему им столовая? Из нее получится идеальная четвертая спальня.

Все это Эллис, впрочем, узнала позже.

Она вставила ключ в замок и подумала: интересно, как ее соседки по квартире провели этот уик-энд? Сейчас она уже привыкла к постоянным несчастьям, буквально преследовавшим Никки. И хотя сама она тоже была «глупой блондинкой», Эллис считала, что блондинки глупее, чем Никки, пожалуй, не встречала.

— Есть тут кто-нибудь? — позвала она, входя в квартиру.

— Привет! — Из кухни вышла Луиз, миловидная тридцатидвухлетняя шатенка, которая была на десять лет старше Эллис. — Хорошо провела выходные?

— Мне всегда хорошо с моими родителями, — улыбнулась Эллис, ставя на минуту дорожную сумку. — А что у вас здесь новенького?

— У Виктории свидание с новым поклонником, а Дэйв все водит за нос Никки.

— Господи! Она же должна была встретиться с ним вчера вечером. Неужели?..

— Он не появился. Она сейчас пошла к нему. Да, да, я ей говорила: если хочешь, чтобы мужчина бегал за тобой, ты должна убегать от него… Я вот бежала недостаточно быстро, а потому была поймана, — сухо добавила Луиз. — Но она же не слушает. Мне кажется, на сей раз это серьезно. Я имею в виду Дэйва. По-моему, она любит его.

Они все опекали Никки, поскольку та была самой младшей из них. Эллис, как и Виктория и Луиз, вскоре тоже почувствовала желание заботиться о ней.

— Мне кажется, вряд ли мы сможем чем-нибудь помочь.

— Убить его мало, — отозвалась Луиз. — Хочешь чаю?

Пока Луиз заваривала чай, Эллис позвонила родителям, чтобы сказать им, что доехала до Лондона без всяких происшествий. Потом она отнесла дорожную сумку к себе в комнату. Разбирая ее, Эллис думала о Никки, так страдающей из-за человека, которого она любит. Сама Эллис еще ни разу не была влюблена, не испытывала даже отдаленно похожего на любовь чувства. И не знала, хочет ли этого… видя, как Дэйв увиливает от Никки.

Они с Луиз заканчивали пить чай; когда раздраженная и хмурая Никки вернулась домой.

— Его не оказалось дома? — осторожно поинтересовалась Луиз.

Никки кивнула.

— Я ждала целую вечность. В конце концов, соседи стали проявлять ко мне явный интерес. Я подумала, что кто-нибудь из них заявит о подозрительной личности и в ответ нагрянет полиция. И я решила уехать на автобусе домой. Вы когда-нибудь пытались воспользоваться автобусом в воскресный день?

Эллис совсем забыла: после очередного финансового кризиса Никки продала свою машину.

— Хочешь чаю? — участливо спросила она.