Как правильно разводиться

Говорят, с началом семейной жизни начинается рутина. Мол, дети, готовка, непонятный элемент в трениках на диване. К элементу надлежало относиться с обожанием и пиететом! Обе бабушки, деревенские матроны, в один голос повторяли: "бузи – не бузи, внученька, а муж нужен!" Заведи себе мужа и страдай… тьфу, живи как за каменной стеной. Даже маленькой я пыталась спорить, но у бабушек были слишком вкусные пирожки. Я молча тянула руки к булочкам и кивала.

Накивалась.

– Что значит – муж запретил? Ты гей, Вадик?.. У тебя серьёзная однополая семья?

Мы сидели в кофейне с огромными окнами в пол и видом на сонный бульвар. Три часа дня – самое рабочее время, но для меня аврал начинался именно вечером. Для Вадима, моего нового хип-хопера – тоже.

Мужчина лет тридцати, в лихо сдвинутой на бок кепке, широких штанах, лысый и увитый татушками оказался геем! Ещё и порядочным семьянином – вон, муж запретил со мной встречаться, и он покорно сбавил обороты.

"Не то, что ты, Алёнушка" – сказала бы баба Маня.

Вообще-то – я мысленно подняла палец вверх – он первый начал юбками крутить! Ну, или не юбками, а что там мужикам крутить положено?..

– Какой гей?! – аж подпрыгнул Вадим: – Ты чего?! Твой, твой муж запретил! Ты ведь даже не сказала, что замужем!

Пардон, что?..

– Ещё раз – мой муж запретил тебе со мной встречаться?! Просто пришёл, взял и запретил?!

– Ну да, – подтвердил Вадик, – ну правильно же. Чего ты при живом муже леваки заводишь?!

"Давно пора его прибить" – подумалось мне. Мужа, естественно, а не Вадима.

Хотя Вадима тоже можно.

Мама, утончённая леди, только фыркала от дела моей жизни. Мол, танцоры, они же такие… недалёкие. Я пол жизни пыталась её убедить, что хореографы, собственно, как фломастеры – разные, но сегодня испытала поистине эпохальную солидарность с матерью!

– А мой муж не сказал, что он фиктивный? – любопытства ради уточнила я.

– В смысле – фиктивный? Муж – это муж, а ты должна его слушаться, в любом случае! – сурово сдвинул бровки Вадим.

Количество домостроев на квадратный метр зашкаливало.

Я пробарабанила ноготками цвета латте по столу и задумчиво махнула официанту:

Мальчик-зайчик, при бабочке и белых перчатках, незамедлительно пришёл на зов.

– Уважаемый, у вас ромашки есть? Гадальные карты или кофейная гуща? Погадать.

– Зачем? – Вадим покосился на меня удивлённо. Но я лучезарно улыбалась исключительно официанту:

– Да-да, погадать. Уволить ли мне одного сотрудника или, так и быть, помиловать?..

Вадик, надо отдать ему должное, почувствовал, что дело запахло жареным.

– Э-э, ты чего? Че сразу уволить-то? Ну в самом деле, Алён, ну у тебя же муж – страшный человек, у него с бандитами связи и в самых верхах. Против него не попрёшь, ну Алён!

Официант покосился на меня с плохо скрытым сочувствием:

– Ваш рыцарь не справился с драконом? – проворковал он: – на этот случай у нас всегда есть нежнейший чизкейк со свежей клубникой и бельгийским шоколадом!

– Как я погадаю на вашем чизкейке? – осведомилась из вредности. Но официант оказался хитрее, чем Вадим.

– Наш чизкейк считается одним из лучших в городе! Если после его волшебного вкуса, – он причмокнул, подражая итальянцам, – вы вспомните про увольнение, то возможно, это стоит того!

– Э, ты че… – начал было Вадим, но я фыркнула:

– Тащи.

Сладкое я не слишком жаловала, и в студии об этом знали.

Мой несостоявшийся парень сглотнул.

… А начиналось всё так красиво! Брутальный хип-хопер, классный танцор, большой и уютный как мишка. Я была очарована. Мечтала, что наконец-то расслаблюсь, забуду об Мефе, сексом займусь, в конце концов!

И вуаля – муж запретил! Скотина он, а не муж!

Схватив сумку, я вылетела из кофейни, не дождавшись чизкейка. Пусть Вадик давится!

Ненавижу, ненавижу, ненавижу – билось в голове. Почему каждый раз, когда на горизонте появляются отношения – резко активизируется мой муж. И начинается! "Ты же понимаешь, лапуля, твой муж опасный человек…" Какой он к чёрту опасный?! Обычный бизнесмен средней руки, чуть попроще моего папочки. Вряд ли дела Мефа были связаны с криминалом – отец проверял будущего зятя вдоль и поперёк. И Лесана, моя лучшая подруга, точно бы слышала что-нибудь.

Леска была начальницей в фирме мужа больше пяти лет.

Я вклинилась в поток машин, чувствуя себя опустошенной. "Но что не говори, жениться по любви…" – разорялось радио. Под тоскливое настроение я включала ретро и погружалась в мрачные думы.

В двадцать первом веке даже принцы женились по любви. А вот принцесс, особенно финансовых наследниц, судьба не жаловала. Конечно, можно было отказаться, устроить скандал, потерять танцевальную студию, в которую я вложила столь сил… грустно, но не смертельно. Папочка побузил бы знатно, однако ж понял и простил в итоге. С мамой сложнее… но меня она всё-таки любила больше, чем женихов.

Можно было. Только я безумно устала. От давления, вечных нападок и пристального взгляда Мефодия. Проще отгородиться от него подробным брачным контрактом и забыть.