Как он наврал ее мужу / How He Lied to Her Husband

George Bernard Shaw

How He Lied to Her Husband/1904

Перевел с английского Виктор Вебер

ОН

ОНА

МУЖ

(Вечер, восемь часов. Шторы задернуты и лампы уже горят в гостиной нашей героини на Кромвель-роуд. Ее возлюбленный, красивый юноша восемнадцати лет, появляется в дверном проеме. На нем фрак, плащ и оперная шляпа, в руках букет цветов. Дверь находится ближе к правому краю сцены, у которой расположен камин. С противоположной стороны, слева, рояль. Рядом с камином, на маленьком столике разложены зеркальце, веер, пара длинных белых перчаток и белый женский головной убор из мягкой и пушистой шерсти, очертания которой напоминают маленькое облачко. На другой стороне комнаты, рядом с роялем, стоит широкий квадратный табурет с мягкой обивкой. Комната декорирована в каноническом стиле Южного Кенсингтона, другими словами, ее обстановка демонстрирует общественный статус и имущественное положение владельцев, а вовсе не приверженность к комфорту.

Возлюбленный героини, повторимся, очень хорош собой. Он движется плавно, почти как по воздуху, почти как во сне. Он аккуратно кладет цветы на столик рядом с веером; снимает плащ и, поскольку на столе для него не находится места, относит его к роялю. Сложив плащ и шляпу на рояль, он подходит к камину, достает часы и смотрит на них, убирает обратно и тут замечает маленький столик у камина. Через него как будто проходит разряд тока. Он подходит к столику, берет белый и пушистый комочек обеими руками, прижимает его к лицу, целует попеременно обе перчатки, целует веер и испускает долгий экзальтированный вздох. Он садится на пуфик и прижимает ладони к лицу мечтательным жестом. Затем опускает руки и с легкой улыбкой покачивает головой, как бы легонько упрекая себя за собственную восторженность. Вдруг он замечает пылинку на своей обуви, моментально и тщательно удаляет ее носовом платком. Затем, встав, он берет со столика ручное зеркальце, чтобы с величайшей тщательностью проверить узел галстука, и вновь смотрит на часы. В этот момент входит героиня, заметно взволнованная. Как и он, она разодета в пух и прах, на ней множество бриллиантов, ее манеры изнежены и утонченны. Впрочем, если отбросить драгоценности, туалеты и претензии, то она – самая обычная женщина из Южного Кенсингтона лет эдак 37. По всем статьям она не годится в пару прекрасному юноше, который поспешно опускает зеркало на место, когда она входит).

ОН (целует ей руку). Наконец-то!

ОНА. Генри, случилось нечто ужасное.

ОН. Что же?

ОНА. Я нигде не могу найти твои стихи.

ОН. Они все равно не были достойны тебя. Я напишу новые.