Как мальчик стал космонавтом

В лесном краю текла в безлюдных болотистых берегах река Гжать. Речные русла в старину были главными дорогами, по которым передвигались люди. Парусники и челны на вёслах‚ гружённые зерном и пенькой‚ мехами и мёдом, умело переходили из одного протока в другой, покидая лесную глухомань. Пока не выбирались на простор великих рек Волги или Днепра.

Гжатская пристань с годами разрасталась, обстраивалась, получила титул города со своим гербом. Нынче стародавний Гжатск носит имя Гагарина в честь Первого космонавта Земли, который здесь родился.

Города, как и люди, меняют своё обличье. На наших глазах тихий городок из деревянного, одноэтажного, с пустырями и огородами, становится нарядным и современным.

Всем дорог этот скромный уголок русской земли, где на тихой воде обмелевшей Гжати покачиваются кувшинки, а в вечернем воздухе носятся стрижи. Кажется, стрижи и в самом деле стригут небо крыльями‚ как ножницами. Ждёшь, что вот-вот посыплются голубые и розовые лоскутья закатного неба на новые высокие дома, на молодые сады, на просторную площадь с монументом первооткрывателю космоса.

Таков Гжатск — живой памятник Юрию Гагарину!

Юрий родился в Гжатске, но семья его была не городская, а деревенская. Такая же, как тысячи других в России.

Отец, Алексей Иванович, приехал за женою и новорождённым сыном на колхозной лошади, запряжённой в сани. Выехали рано утром. Вот мелькнул последний дом на окраине Гжатска, последний городской палисадник. Вокруг лежала тихая снежная равнина.

Ещё реяли в воздухе снежинки, но река невидимо, сантиметр за сантиметром, уже подмывала прибрежный крупитчатый снег. По наезженной колее сани свернули в деревню Клушино.

Весна-особое время в короткой жизни Гагарина. 9 марта 1934 года он родился, а двадцати семи лет от роду 12 апреля 1961 года стал первым человеком, который поднялся в космос.

Дед Иван Гагара, прозванный так для краткости (маленький Юра уже не застал его в живых), был в Клушине человеком пришлым. Странствующий плотник, он перебрался в смоленские края с берегов Волги. В Клушине у него родились шестеро сыновей. Младший из них, Алексей, стал впоследствии отцом Первого космонавта.

Крестьянский род матери, Анны Тимофеевны Матвеевой, был коренной гжатский. Дед Тимофей ещё подростком уехал на заработки в Петербург, тогдашнюю столицу России. Он стал рабочим-металлистом на Путиловском заводе. Семья Матвеевых вернулась на родину, в Гжатск, только перед самой Октябрьской революцией. Кроме Анны, которую в семье звали Нюрой, в семье были ещё дочери — старшая Мария и младшая Ольга — и двое сыновей.

Семья Матвеевых была очень дружной: сёстры никогда не ссорились, помогали друг другу. Юрию с детства запомнился рассказ тёти Маруси о том, как она встретилась с Лениным.

Было это в первые месяцы после Октябрьской революции. На Петроград двигался со своими войсками белый генерал Юденич. Рабочие вступали в красногвардейские отряды, чтобы защищать город.

Маруся Матвеева была девушка бойкая и рослая. На завод она пошла работать в тринадцать лет, прибавив себе три года: сказала, что ей шестнадцать.

В самые тяжёлые дни Петрограда она записалась в отряд санитаркой.

Красногвардейский отряд собирался возле Смольного — здания, где находилось тогда первое Советское правительство. Кто-то крикнул, что троих красногвардейцев просят зайти в Смольный. Бойцы взяли с собою Марусю. Они поднялись по лестнице и вошли в комнату, которую им указали.

За столом сидел Ленин. Он встал, подошёл к ним, взглянул на румяную Марусю. И та с детским доверием и любопытством уставилась на него.

— Не страшно идти в бой? — спросил Ленин.

Что такое бой‚ Маруся по молодости лет просто ещё не понимала.

— Ни капельки не страшно‚ — задорно ответила она.

Возможно, Ленин ещё о чём-то хотел расспросить её. Откуда она родом? Большая ли у них семья? Как она относится к революции? Ему был интересен каждый человек. Особенно в те грозные дни, когда решалась судьба Советской власти. А решить её могли только стойкость и сплоченность всего народа.

Но времени было в обрез. Ленин вышел к отряду и сказал несколько напутственных слов.

И вот уже сапоги красногвардейцев застучали в лад по мостовой — Маруся шла в первых рядах…

Вернувшись с новорождённым Юрием в Клушино, Анна Тимофеевна развернула сына, положила в скрипучую люльку, которую за несколько дней перед этим принесли с чердака, и подозвала дочку.

— Нравится тебе новый братик?

Семилетняя Зоя серьёзно посмотрела на малыша.

— Очень нравится. У него пальчики, как горошинки. Ма-а-лень-кие…

Первая ночь под родительским кровом в жарко натопленной избе прошла для Юры под пенье сверчка.

Едва сквозь льдистое окошко пробился розовыми змейками утренний свет, Зоя проворно вскочила с постели и, с трудом дотянувшись до люльки, отвела у братика со лба тёмную прядочку волос.