Каин

Февраль 2005 года, Рига, Латвия.

Я сидела за столиком привокзального кафе и с почти прозрачным страхом ожидала предстоящую встречу с Ярославом Шиповаловым, который был другом знакомого моего начальника, хотя может цепочка была еще длиннее. Меня очень попросили с ним встретиться и проконсультировать, а я была не в том положении, чтобы отказывать главному адвокату нашей конторы. Да, собственно, это было частью моей работы – консультации, рекомендации, защита прав в суде, составление необходимых документов. Во всей этой истории меня не устраивало только что, что встречи наши несколько раз срывались не по моей вине, и встретиться Ярослав смог только вечером и вне офиса, где-то между его работами или чем он там занимался. Я честно пыталась дать ему простые письменные рекомендации, отнекивалась от встреч, но он для чего-то настаивал на личной консультации. Что можно было ожидать от встречи с человеком, который в тридцать лет уже имел несколько судимостей? Пусть это были в основном условные сроки за мелкие проступки, вроде подделки проездных билетов и неуплаты штрафов, но все же, факт как таковой мне совсем не импонировал.

Постукивая ложкой о края невысокой пузатой кружки, я уже в третий раз размешивала давно растворившийся сахар и пыталась представить внешние данные моего сегодняшнего клиента. Богатая фантазия рисовала образ сутулого, обросшего десятидневной щетиной молодого человека с жиденькими, немытыми волосами, проредью выпавших или выбитый зубов и бегающими глазами, вечно ищущими сочувствия и жалости, одним словом, урки, которых я почему-то представляла себе именно так.

После десяти минут ожидания я уже начала сомневаться в целесообразности нашей встречи. Ну, какой юридический совет я могу дать человеку, дважды попадавшемуся на подделке документов? Не творить сие безобразие? Или отсидеть хоть раз срок, чтобы впредь неповадно было нарушать закон? К сожалению или к счастью, я не была настолько прямолинейна.

Как, однако, он ловко затащил меня на эту встречу, ведь, по сути, все, что я могла сказать по его вопросу, я написала в e-mail`е, и тем не менее, сейчас я сижу в назначенном месте и время, в скованном ожидании с какой-то смутной и необъяснимой тревогой. Лучше бы задержалась на работе и поговорила по скайпу с Алёшей.

Как же я по нему соскучилась… Эти вечные поездки друг к другу раз в четыре-пять месяцев, короткие недельные встречи, расставания и опять месяцы ожидания… Ожидания чего? За два года он так и не сделал мне предложения, намекал, конечно, но ничего существенного. Естественно, о каком предложении может идти речь, если мы живем в разных странах, в разных ритмах, в разных часовых поясах. Работая по контрактам в зарубежных телекоммуникационных компаниях, он постоянно переезжает с места на место, из страны в страну. Вчера еще он был в Германии, а уже через три дня будет на год в Канаде. Ему нравится такая кочевая жизнь, ему нравится колоссальный заработок, который его обеспечивает, ему нравится смотреть мир, ему не нравится только, что я не бросаю работу, родных и друзей и не мотаюсь по свету вместе с ним. А чем я, собственно, могу заниматься в той же Канаде? Сидеть дома, любить мужа, наслаждаться прелестями обеспеченно жизни и обустраивать быт? Мне никак не хотелось верить, что это мой удел…

Внезапно завибрировавший телефон на чайном столике, заставил меня вздрогнуть и вернул от девичьих мыслей к делам насущным. Звонил Ярослав. «Неужели отменит встречу? Можно было и раньше позвонить для этого» – возмущенно подумала я, в глубине души зная, что встречу, он отменять не станет ни при каких обстоятельствах. Ему по каким-то мне непонятным причинам нужна эта встреча, он слишком долго ее добивался, чтобы сорвать в последний момент.

Раскрыв свой Nokia 7200, я постаралась придать голосу слегка уставшие от ожидания нотки:

– Алло.

– Все, я тебя вижу…

В трубке раздались гудки отбоя, не дав мне возможности должным образом отреагировать на эту реплику. «Во всяком случае, голос приятный» – подумала я тогда. В ту же секунду у меня за спиной раздалось приглушенное:

– Привет, Маша. Извини, что опоздал,– смущенная улыбка и пара карих глаз спрятанных за аккуратной и дорогой оправой очков, с длиннющими ресницами, совсем несвойственная тому типу мужчин, к которым я заочно причислила Ярослава.