Изящная комбинация

Щеки чиновника плавали в душном воздухе над поверхностью стола.

– Что он несет? – прошептал Кузьмин. – Он что, похмелиться не успел?

– Да он не пьет, – отмахнулся Николаев, внимательно слушая.

От духоты мучилось все собрание.

Чиновник размахивал короткопалыми ручками, ворочал головой с остатками волос над ушами, которая сидела на мясистой короткой шее. Он был разгневан, разъярен; окна в кабинете никто не подумал открыть, и мужчина задыхался от ярости и жары, рвал туго затянутый галстук и никак не мог ослабить узел. Галстук съехал куда-то за ухо. Пиджак перекосился, верхняя пуговица на неуместной и нелепой пестрой рубашке лопнула и открыла часть жирной волосатой груди. Очень непрезентабельно выглядел сейчас чиновник.

– А я говорю – будете! – орал он сипло. – Надо будет, и говно жрать будете! Бездельники! Враги!

Николаев опасливо поежился.

– Его удар не хватит?

– Жарко очень, – просвистел над ухом Кузьмин. – Окна позакрывали, кондер не работает… Духотища.

– Вы будете жить на то, что дают, и ни копейки больше! – сипел чиновник. – Страна в кольце врагов, а вы о повышении! Это же диверсия!

Голос у него был тонкий, визгливый, но он уже долго выступал и разогрел себя до крайности. Стакан минералки перед ним меняли уже четвертый раз.

– Что, дармоеды, как в Америке захотели? Шиш! В России живете!

Он перевел дух.

– Неплохо бы, как в Америке, – задумчиво сказал вполголоса Николаев.

Кузьмин предостерегающе толкнул его в бок.

– Кто зачинщик? – с новой силой завопил чиновник. – Кто, б…, вам такие идеи подает? Американцы? Немцы? Кто тут на завод приезжал?

– Итальянцы, Сергей Семенович, – предупредительно наклонился заместитель чиновника, сидевший рядом и испуганно вздрагивающий при каждом вопле начальника. Иногда он аккуратно, убедившись, что шеф не смотрит, смахивал с себя начальничьи капли пота.

– Итальяшки…. Они про повышение зарплат свистели? Признавайтесь, они? Да они же в НАТО! Вы, дураки, кого слушаете! Вот у них и просите зарплаты, а я теперь ни черта не дам, накось-выкуси. Вы со мной в таком тоне разговариваете, а я вам бабло? Да вы за кого меня принимаете? Хрен вам! Будете тут со мной в таком тоне разговаривать, ничего никогда не дам. Никогда! Связались с америкосами, вот у них и просите.

– С итальянцами, Сергей Семенович… – рискнул поправить заместитель.

– Да какая хрен разница!

– Нет, ну так ведь невозможно, – возмутился Николаев и встал, хотя Кузьмин тянул его за пиджак сесть обратно.

– Сергей Семенович, итальянцы тут не при чем, – сказал Николаев вежливо. – Людям жить не на что. Цены же растут будь здоров. Дети растут… Старики, опять же. А получка – без слез не глянешь, один раз в магазин сбегать, да и то…

Чиновник ошалело молчал, отдуваясь, моргал. Крепыш Николаев спокойно ждал.

– А ты кто такой? – гавкнул Сергей Семенович.

– Николаев, начальник цеха… – шепнул заместитель.

– Да знаю я, – отмахнулся чиновник. – Я спрашиваю: ты кто такой, Николаев? А? Ты что, главный? Может, ты тут главный? Или ты у них главный? А?

– Я насчет зарплат, – упрямо набычился Николаев. Маленький Кузьмин скрючился на сидении, как обезьяна, и даже голову руками прикрыл.

– Мало тебе, Николаев, зарплаты? Мало того, что государство дает? Я даю?

– Мало, – сказал Николаев.

– А вот вообще не буду ничего давать. Нищенствовать будешь, на паперти стоять, ползком приползешь! Да на твою зарплату можно припеваючи всю жизнь прожить, Николаев!

Чиновник вытер лоб.

– Ты вон растолстел – а похудеть не пробовал? Что, все время жрать, жрать? Диету подержи – вот тебе и экономия. Продай что-нибудь. Машина есть?

– Есть.

– Продай. Ишь баре все стали, машина! Меню составь диетическое. На цены смотри: что дешевле сейчас, а что подороже – не бери. – Чиновник впал в нравоучительный тон. – Вот, положим, фрукты: лето, они сейчас дешеветь будут, да гляди, если товар полежал, за него меньше должны просить. Мясо много не кушай, вредно, раз пять в месяц выше крыши… Каши ешь – полезно очень, мне врач рекомендует. Куришь? Бросай! Здоровый образ жизни – очень правильно. Импортное не покупай ничего, поддержи отечественную промышленность. Все у нас есть, задешево! Что вам эти… Гаджеты вражьи! Пост соблюдаешь? Нет? Плохо! Строго надо пост соблюдать – для души, и здоровее будешь.

Он уже устал выступать. Чиновнику было очень, очень, очень жарко.

– А вы говорите – зарплату поднять. Живите на то, что дают, и спасибо не забудьте сказать. И не связывайтесь с америкосами, а то уволю к хреновой матери.

Через два часа он был уволен сам. Губернатор распространил обращение, в котором заявил о недопустимости пренебрежительного отношения чиновников к людям и жизненно важным темам и выразил готовность оперативно реагировать на каждый такой случай.

– Чья идея – отключить кондиционер?

Мужчина с сухощавым, вытянутым лицом разговаривал в кабинете губернатора с заместителем уволенного чиновника. Губернатор тоже был здесь, но сидел тихо и слушал внимательно.