Изумрудный остров

– Термометр очень скучал один на полке, никто к нему не подходил, он лежал совершенно без дела, грустный и одинокий, и все ждал, когда же наконец у него появится настоящая работа, когда же он сможет помочь маленькому мальчику или девочке. И вот однажды к полке подошла доктор Роззи Трамбл и сказала: «У меня есть для тебя одно важное задание. Нам очень нужно знать, упала ли температура у маленькой Эллис». Она взяла гордый своим новым заданием термометр и отнесла его в палату.

Тоненький писк термометра избавил Роззи от необходимости продолжать и дальше историю о его скучающем собрате.

– И вот теперь он сделал свое дело и может с честью возвращаться на полку и ждать следующего задания, – закончила она свою импровизированную сказку и достала изо рта внимательной слушательницы главного героя. – Ты почти здорова, Эллис, температура уже нормальная, и это значит, что ты скоро вернешься домой.

– Здорово! – обрадовалась Эллис. – А как же термометр?

– А что термометр? – не поняла ее Роззи.

– Ему опять придется скучать на полке?

– Он был бы очень рад остаться на полке до конца своей жизни и покрыться пылью, лишь бы ни один ребенок больше не болел. Ты обещаешь ему никогда больше не бегать под дождем без зонта и резиновых сапог?

Эллис тяжело вздохнула.

– Обещаю.

– Вот и отлично! Пойду обрадую твою маму.

Роззи вышла из палаты и вздохнула почти как Эллис.

– И как вам только это удается?! – восхищенно прошептала пожилая медсестра, работавшая с Роззи. – Я полчаса уговаривала ее взять в рот градусник – и никакого толку, а вам все удалось за пять минут!

– Если честно, миссис Коллинз, я и сама удивляюсь, откуда только в моей голове появляются все эти сказки! – призналась Роззи. – Кто у нас остался?

– Седрик Финиган, пищевое отравление, и Кэтрин Стрейтон, лакунарная ангина, доктор Трамбл.

– Давайте начнем с Седрика, чтобы потом уделить Кэтрин как можно больше внимания, – подумав, предложила Роззи.

– Вы не забыли, что через полчаса начнется конференция? – мягко напомнила Роззи медицинская сестра.

– Спасибо, что напомнили, но я не пойду: у меня полно работы, – хмуро отозвалась Роззи.

Миссис Коллинз постаралась спрятать улыбку. Она работала с доктором Трамбл с самого первого дня появления молодого врача в больнице Святого Варфоломея и успела хорошо изучить характер Роззи. Мягкая с маленькими пациентами и их родителями, она могла быть крепче гранита, когда ей пытались мешать работать. В работе была вся жизнь доктора Трамбл, медицина была ее судьбой, ее призванием. И Роззи прекрасно понимала это.

Пожилой медсестре иногда до слез становилось жалко Роззи, все той же судьбой обреченную на одиночество. Ну о каком семейном счастье может быть речь, если женщина пропадает в больнице по двенадцать часов в сутки и чужими детьми интересуется гораздо больше, чем своими, пусть даже и гипотетическими. Миссис Коллинз покачала головой, глядя в спину удаляющейся Роззи, и горько вздохнула.

Может быть, у нее хоть что-то получится с доктором Майком Салливаном? – подумала миссис Коллинз. Он вроде бы неплохой человек, отличный специалист. По крайней мере, у них есть шанс встречаться если не дома, то хотя бы на работе.

Усмехнувшись не слишком веселой шутке, она поспешила за доктором Трамбл. Все же работа прежде всего, а Роззи никогда никого не просила лезть в ее личную жизнь. Она привыкла сама справляться со всеми трудностями, какого бы масштаба эти трудности ни были.

Роззи как раз закончила второй обход пациентов и уже переодевала халат, как ее пейджер принялся трезвонить.

– Вот черт, – сердито пробормотала она. – В первый раз в жизни собралась уйти почти вовремя.

Смена Роззи закончилась полтора часа назад, но обычно она уходила часа на три позже, а приходила на час раньше, так что сегодня она действительно собралась уходить почти вовремя.

Пейджер продолжал разрываться, и Роззи ничего не оставалась делать, как вновь накинуть халат. Она прекрасно понимала, что вряд ли кто-то из сотрудников решил послать ей привет через больничную систему связи. А значит, сегодня ей вновь придется задержаться.

И это в день годовщины родительской свадьбы! Мать расстроится, она просила Роззи не опаздывать.

Роззи достала пейджер и прочитала сообщение. Ее вызывал заведующий отделением, а значит, она освободится довольно быстро. Доктор Франк – непосредственный начальник Роззи – был человеком дела и не признавал долгих бесед, отвлекающих от работы.

Роззи быстро поднялась на третий этаж и вошла в кабинет доктора Франка.

– Добрый вечер, Мартин, – поздоровалась она. – Что случилось?

– Я так и знал, что вы еще в больнице, Роззи!

Она лишь пожала плечами. Если бы ее не было в больнице, вряд ли она смогла бы появиться в кабинете через несколько минут после вызова.

– Так что случилось-то? – еще раз спросила она, поглядывая на часы.

– Вы торопитесь? – удивленно поинтересовался доктор Франк.

– Да, у моих родителей сегодня тридцатилетие свадьбы, мне бы очень не хотелось опаздывать на это мероприятие.