Измена. Закрывая гештальты (СИ)

«Оптимизм закончился. Осталось выбросить пустую бутылку»

Арина Егоровна Романова

Пролог: Все тайное

'– Видишь суслика?

— Нет.

— И я не вижу. А он есть…'

к/ф «ДМБ»

«Все тайное обязательно становится явным», а если нет, то либо этот секрет все и так знали, либо он на хрен никому не нужен…

Классика жанра. Не стареющая и не теряющая своей актуальности и по сей день.

Со мной вот тоже случилась.

В самый неподходящий момент.

На корпоративном празднике по поводу празднования Международного женского дня.

А предыстория была такая.

Муж мой был выездной. В смысле разъезжал. Да ну, холера ясна, ездил, короче, в командировки. Регулярно. И за границу, пока ее не закрыли — тоже.

А я много лет тружусь в районной администрации, и у нас заграничные вояжи не приветствуются. Так-то.

А если брать «внутренний туризм», который еще развивать и развивать, то куда мне в отпуск податься?

На мужнину малую родину в Кореновск? Езус-Мария! Были три раза. Если оставить за скобками тамошнее широкое южное хлебосольство, весьма опасное для печени и почек, то пока муж был на рыбалке с мужиками, мне не единожды пришлось спасать собственных детей. То от свихнувшегося кабана (и теперь я короткие платья не ношу); то от обалдевшей козы (моя сильно пострадавшая в юности от классического балета спина вспоминает момент нашей встречи с содроганием и спазмами); то от цепного пса (уколы от бешенства, четыре шва на ладонях и проблемы с тем, чтобы писать ручкой, резать ножом, раздавать карты).

Спасибо, очень горячее гостеприимство.

Больше ни ногой.

Лучше я к своим родителям на фазенду под Питером поливать парники поеду. А я совсем не фанат дачного времяпрепровождения, знаете ли.

Естественно, в таких условиях двухдневный корпоративный выезд с коллегами на базу в близлежащие леса грех было пропустить. Тем более что это был подарок от руководства. А «ходить, как дура без подарка» не хотелось.

Да и вообще, пора мне, наверное, проветриться в одиночестве? Может, удастся обдумать дела свои скорбные без бдительного семейного надзора.

— Конечно, милая, поезжай, — спокойно согласился муж.

А дети радостно загомонили:

— Пап, а пойдем в «Планетарий» и в «Океанариум». С мамой мы уже там были, хотим с тобой. И в кино! И пиццу! А еще на автодром бы…

О, вижу, скучать и страдать никто не планирует, так что душа моя может спать спокойно.

Вот таким образом я и оказалась на базе отдыха «Медвежья горка» вместе со своими дорогими коллегами и руководством в придачу.

С ходу стало понятно, что у нас все, конечно, равны, но некоторые ровнее. Например, наш главбух была с супругом, секретарша главы района тоже, а мой шеф приехал с женой, как и многие начальники отделов.

Если честно, то я и без мужа вполне комфортно себя чувствовала (не хотелось бы говорить, но гораздо комфортнее, чем, если бы он поехал со мной) просто «за державу обидно» и вообще, я за справедливость. Всегда была.

В принципе, именно эта жажда справедливости, и, возможно, изрядно испортившийся за двадцать лет брака характер, и виноваты во всем произошедшем.

Прибыли на базу мы достаточно поздно для любой общей активности, поэтому заселились и разбрелись по своим номерам, чтобы радостно воссоединиться за завтраком на следующее утро.

Те коллеги, что вчера в автобусе приняли горячительного на грудь, а после продолжили возлияния в номерах, выглядели бледновато, местами зеленовато, но так как глава района прямо с утра собирался держать речь, присутствовали хотя бы физически.

А мне опять повезло.

Сидеть на завтраке выпало рядом с Инессой Эдуардовной и ее супругом. Наш главбух вполне классическая змеища родного вида: монументальная, ярко крашенная, громкая и абсолютно уверенная в своей правоте.

По работе мы часто пересекаемся, ибо мой планово-финансовый отдел многие показатели и цифры вынужден у них в бухгалтерии согласовывать. И процесс этот изрядно с их стороны тормозится, ибо они очень заняты и работы у них много, а мы так — крючкотворы и торговцы воздухом.

А тут мне столько счастья привалило: всю неделю перед праздником я каждый день поминала нашу первую звезду всея бухгалтерии тихим и злым словом, ибо она свалила в отпуск, зараза, именно тогда, когда мы били планы на второй квартал и «земля горела под ногами». Возможно, поэтому яд у меня капал с клыков даже в простой приветственной фразе:

— Доброе утро! Инесса Эдуардовна, как вам отдыхается? Не икали эту неделю? Мы-то вас каждый день вспоминали.

Муж Инессы отложил приборы и воззрился на меня с негодованием во взоре:

— Да как вы можете! Инночка столько работает! И всю эту неделю задерживалась из-за того, что именно ваш отдел так напортачил с бумагами!

Шок-контент, как говорит мой Костик.