Измена. Дать шанс, дракон?

Горы! Как сказал великий бард – лучше гор могут быть только горы! Наконец! Моя мечта попасть сюда исполнилась. Величественный Кавказ. Склоны, покрытые живописной зеленью крон. Сказочные ущелья и спрятанные пещеры. Есть возможность поразмышлять о жизни наедине с природой. Карабкаясь вверх, я поправила лямку рюкзака. Аккуратно нащупывала стопой выпуклости. Воспоминания заполнили голову.

И почему меня так странно назвали! Гордея! С самого детства имя вызывало смех у сверстников. Особенно оно не вязалось с обычной фамилией Иванова. Что может быть чудоковатее? Такое имечко мне подарили в детском доме. Заведующая любила русские старинные сказки, особенно «Аленький цветочек». Меня подбросили к дверям младенцем без всяких опознавательных знаков.

А фамилию взяли самую распространенную. Вот и получилось – Гордея Ивановна Иванова.

С детства я была спокойной и усидчивой девочкой. Но весьма упитанной. Обычно сидела за чтением или с какой-нибудь головоломкой, когда детвора играла в салки или мяч. В школе надо мной подшучивали, старались всячески обидеть. Но и домашку списывали у меня. Учителя, наоборот, прекрасно ко мне относились. Я получала одни пятерки. Поэтому они всегда защищали меня от издевательств сверстников.

В седьмом классе к нам пришел новенький. Высокий симпатичный блондин с голубыми глазами. Девчонки поголовно влюбились в него. Я тоже не была исключением. Особенно меня радовало, что Павел не задирает меня вместе со всеми. Он даже начал со мной дружить. Мое сердце дрожало от первой любви. Пашка часто провожал меня домой, защищал от парней. На мое пятнадцатилетие он подарил огромный букет роз и повел меня в кафе. Я нарядилась в любимое розовое открытое платье. В кафе Пашка купил по вкусному мороженому и стакану апельсинового сока. Мы весело разговаривали и смеялись. Я надеялась, что все у нас будет замечательно. Зазвучала музыка. Я смотрела на танцующие пары и мечтала, чтобы Павел пригласил меня. Но тот молча ел мороженое. К нашему столу подошла одноклассница. Стройная блондинка Катя. В отличие от меня, она считалась одной из самых красивых девочек в школе. Катя постоянно надсмехалась и поддевала меня.

– Ой! А кто это здесь? – насмешливо сказала она. – Розовый поросеночек? Паша ты зачем ей сладкое купил, она же скоро в двери не пролезет!

Я сжала зубы надеясь, что друг защитит меня, как обычно. Но Паша молчал.

– А пойдем потанцуем! – воскликнула Катя и схватив Павла за руку потащила за собой.

Я расстроенно наблюдала как их пара танцует. Я умела танцевать, но вес не способствовал изяществу. Катерина прижималась к Паше и что-то шептала ему на ухо. Павел улыбался. Подозвав официанта, я расплатилась за себя, решив уйти. В вестибюле мне приспичило зайти в туалет. В этом кафе он был общий с двумя запирающимися кабинками. Я зашла в одну из них. Когда я собиралась выйти, то услышала знакомые голоса.

– Пашка, Пашка, подожди, – с придыханием говорил девичий голос. – Ты всю косметику размажешь.

– Держи платок, – узнала я Павла.

– А скажи мне, что ты забыл с этой жирдяйкой? Все смеются над ней в классе. Ты уже несколько месяцев ходишь с ней. Неужели она тебе нравится?

– Да ты что, издеваешься? – послышался ответ от которого мое сердце сжалось. – Я поспорил с парнями на новый смартфон, что лишу ее девственности до конца года.

– И тебе будет не противно? – удивление проскочило в вопросе.

– Напьюсь посильнее и виагру проглочу. Что не сделаешь ради смартфона.

Тут я не выдержала и распахнула дверь. Мои щеки пылали.

– Горди, ты? – попятился Павел.

– Да, я! Гордея! – зло выкрикнула я. – Значит смартфон? – я открыла сумочку и выгребла оттуда все накопленные деньги, я получала пособие как детдомовка. – Держи! И ни в чем себе не отказывай! – кинула скомканные купюры парню. – Должно хватить!

Выскочив из туалета, я бросилась к выходу. Слезы заливали мое лицо. Павел кинулся за мной.

– Подожди, Гордея, – воскликнул он. – Я не хотел, чтобы так получилось! Ты хорошая девчонка! Прости…

Но я уже выскочила из кафе. Хорошо, что было темно, и никто не замечал толстенькую девочку в нарядном платьице, с разводами туши на щеках.

Прибежав в комнату интерната, где я проживала с еще двумя девочками, уткнулась в подушку и зарыдала. Соседки расспрашивали, но я не отвечала. Мне было погано на душе. Накрывшись с головой, я уснула.