Избранное
Описание
Сборник избранных стихотворений Александра Семёновича Кушнера, охватывающий период с 60-х по 70-е годы. В этих произведениях отражается богатство лирического дарования поэта, его способность передавать тонкие нюансы чувств и переживаний. Стихотворения посвящены размышлениям о жизни, любви, времени, и содержат глубокий философский подтекст. В сборнике представлены как лирические, так и более философские произведения, отражающие внутренний мир автора и его видение мира. Поэзия Кушнера отличается тонким юмором, глубокой лирикой и изумительной смысловой глубиной.
ИЗБРАННОЕ
Кто сказал, что тускнеет земное житьё?
Архилох еще пьет, опершись на копьё,
Воин должен всегда на чеку
Быть, поэтому рядом копье и питье,
И спасибо, что не на бегу!
Чтобы лучше его разглядеть вдалеке,
Надо вспомнить себя молодым.
Впрочем, жизнь без копья проведя, налегке,
Я изнежен в сравнении с ним.
И века ни на шаг оттеснить не смогли
Его с жесткой, холмистой фракийской земли:
Где он пил, там он пьет и сейчас,
Опершись на копье, плащ походный в пыли;
Пьет вино за стихи и за нас!
Вот он, первый лирический в мире поэт,
Каково ему! Сам сознает,
Что есть греческий эпос, а лириков нет:
Не Гомер он и не Гесиод.
За короткую вещь я поэму отдам,
За двенадцать стремительных строк!
Он не знает об этом, но тверд и упрям.
Или знает, что не одинок?
И, склонясь, очищает свой плащ от репья,
И в волненьи любуюсь им издали я,
И, кто знает, в блокноте моем
Иногда, может быть, в полусне забытья
Он царапает что-то копьем.
СТИХИ 60–70-х ГОДОВ
ГОФМАН
Одну минуточку, я что хотел спросить:
Легко ли Гофману три имени носить?
О, горевать и уставать за трех людей
Тому, кто Эрнст, и Теодор, и Амадей.
Эрнст - только винтик, канцелярии юрист,
Он за листом в суде марает новый лист,
Не рисовать, не сочинять ему, не петь -
В бюрократической машине той скрипеть.
Скрипеть, потеть, смягчать кому-то приговор.
Куда удачливее Эрнста Теодор.
Придя домой, превозмогая боль в плече,
Он пишет повести ночами при свече.
Он пишет повести, а сердцу все грустней.
Тогда приходит к Теодору Амадей,
Гость удивительный и самый дорогой.
Он, словно Моцарт, машет в воздухе рукой.
На Фридрихштрассе Гофман кофе пьет и ест.
“На Фридрихштрассе”, - говорит тихонько Эрнст.
“Ах нет, направо!” - умоляет Теодор.
“Идем налево, - оба слышат, - и во двор”.
Играет флейта еле-еле во дворе,
Как будто школьник водит пальцем в букваре,
“Но все равно она, - вздыхает Амадей, -
Судебных записей милей и повестей”.
1964
* * *
Декабрьским утром черно-синим
Тепло домашнее покинем
И выйдем молча на мороз.
Киоск фанерный льдом зарос,
Уходит в небо пар отвесный,
Деревья бьет сырая дрожь,
И ты не дремлешь, друг прелестный,
А щеки варежкою трешь.
Шел ночью снег. Скребут скребками.
Бегут кто тише, кто быстрей.
В слезах, под теплыми платками,
Проносят сонных малышей.
Как не похожи на прогулки
Такие выходы к реке!
Мы дрогнем в темном переулке
На ленинградском сквозняке.
И я усилием привычным
Вернуть стараюсь красоту
Домам, и скверам безразличным,
И пешеходу на мосту.
И пропускаю свой автобус,
И замерзаю, весь в снегу,
Но жить, покуда этот фокус
Мне не удался, не могу.
1965
* * *
Уехав, ты выбрал пространство,
Но время не хуже его.
Действительны оба лекарства:
Не вспомнить теперь ничего.
Наверное, мог бы остаться -
И был бы один результат.
Какие-то степи дымятся,
Какие-то тени летят.
Потом ты опомнишься: где ты?
Неважно. Допустим, Джанкой.
Вот видишь: две разные Леты,
А пить все равно из какой.
1965
* * *
Удивляясь галопу
Кочевых табунов,
Хоронили Европу,
К ней любовь поборов.
Сколько раз хоронили,
Славя конскую стать,
Шею лошади в мыле.
И хоронят опять.
Но полощутся флаги
На судах в тесноте,
И дрожит Копенгаген,
Отражаясь в воде,
И блестят в Амстердаме
Цеховые дома,
Словно живопись в раме
Или вечность сама.
Хорошо, на педали
Потихоньку нажав,
В городок на канале
Въехать, к сердцу прижав
Не сплошной, философский,
Но обычный закат,
Бледно-желтый, чуть жесткий,
Золотящий фасад.
Впрочем, нам и не надо
Уезжать никуда,
Вон у Летнего сада
Розовеет вода,
И у каменных лестниц,
Над петровской Невой,
Ты глядишь, европеец,
На закат золотой.
1965
* * *
Я в плохо проветренном зале
На краешке стула сидел
И, к сердцу ладонь прижимая,
На яркую сцену глядел.
Там пели трехслойные хоры,
Квартет баянистов играл,
И лебедь под скорбные звуки
У рампы раз пять умирал.
Там пляску пускали за пляской,
Летела щепа из-под ног -
И я в перерыве с опаской
Похожие книги
Война и мир
«Война и мир» – это не просто роман о войне, но и обширное полотно жизни, охватывающее различные социальные слои и судьбы героев. Лев Толстой мастерски изображает сложные человеческие отношения, раскрывая внутренний мир персонажей и их реакции на исторические события. Произведение пронизано философскими размышлениями о жизни, смерти, любви, чести и смысле существования. Роман-эпопея, отражающий глубину мироощущения и философии Толстого, остается актуальным и по сей день, исследуя вечные проблемы бытия.
Партизан
В новой книге "Партизан" автор Алексей Владимирович Соколов и другие погружают читателей в реалии партизанской войны. Роман, сочетающий элементы фантастики и боевика, рассказывает о старшине-пограничнике, в котором "скрывается" спецназовец-афганец. Действие разворачивается на оккупированной территории, где главный герой сталкивается с жестокими сражениями и сложными моральными дилеммами. Книга исследует роль спецслужб в создании партизанских отрядов и их вклад в победу в Великой Отечественной войне. Авторский взгляд на исторические события, смешанный с элементами фантастики, увлекает читателя в мир борьбы за свободу и справедливость.
Александр Башлачёв - Человек поющий
This book delves into the life and poetry of the renowned Russian poet, Alexander Bashlachev. It offers a comprehensive look at his work, exploring themes of existentialism, disillusionment, and the human condition. Through insightful analysis and captivating excerpts, readers gain a deeper understanding of Bashlachev's poetic voice and its enduring impact on Russian literature. The book is a must-read for fans of poetry and those interested in Russian literature and biography. This biography is not just about Bashlachev's life but also about his artistic journey and the profound influence his poetry has on the reader.
Поспели травы
В книге "Поспели травы" представлены проникновенные стихи Дмитрия Дарина, доктора экономических наук и члена Союза писателей России. Стихи, написанные в 2002 году, отражают глубокое чувство любви к Родине и размышления о судьбе России. Более 60 песен, написанных на стихи автора, вошли в репертуар известных исполнителей. Книга включает исторические поэмы, такие как "Отречение", "Перекоп", "Стрельцы", "Сказ о донском побоище", а также лирические размышления о жизни и природе. Переводы стихов Дарина существуют на испанском, французском и болгарском языках.