Избранник сердца

Фрэнк Фиорентино улыбнулся своему отражению в зеркале. Ему нравилось смотреть на себя в гриме. Помощница режиссера, сама родом из Техаса и страстная поклонница «Хьюстон ойлерс», развесила по стенам его гримерки фотографии любимой команды. На противоположной стене красовался огромный плакат с его изображением – он был снят с кубком в руках. Да, он многого добился в жизни. В тридцать четыре года он признан лучшим футболистом по опросам болельщиков и спортивных комментаторов; дважды он становился капитаном команды, и оба раза «Ойлерс» выходили в финал Национальной лиги. Да, можно считать, что он достиг вершины спортивной карьеры. Пора подумать о том, чем заняться в жизни дальше. Сезон закончился; предложение сняться в кино пришлось как нельзя кстати – не потому, что он выдохся, исчерпал свои возможности. Просто ему захотелось попробовать свои силы в чем-то другом. Фрэнк хорошо помнил слова старого тренера Джеймса Макнилли: «Уходить надо вовремя». Когда агент передал ему приглашение на пробы, Фрэнк согласился не раздумывая. Разумеется, ему предложили крупный гонорар. Несмотря на то, что он не был киноактером, он все же являлся достаточно известной личностью, любимцем публики. Особенно женщин. Его прозвали Красавчиком Фрэнки, на матчах с его участием иные поклонницы доходили буквально до экстаза. Его довольно часто приглашали на телевидение, он помогал комментировать матчи, давал многочисленные интервью, участвовал в ток-шоу.

– Фрэнки, – говорила ему Майра Дженкинс, продюсер местного спортивного канала, – ты просто создан для телевидения. Редко когда у спортсмена такие роскошные внешние данные, как у тебя. Физиономия не тупая, нос не сломан (спасибо, Майра!). Ты очень телегеничен и умеешь держаться перед камерой. Да и язык у тебя хорошо подвешен.

Именно Майра устроила Фрэнку контракт на съемку в фильме. Фрэнк не сказал ни ей, ни своему агенту, что согласился бы сняться даже бесплатно – так хотелось ему попробовать свои силы в кино.

Сколько времени в детстве провел он в темных, душных зальчиках дешевых киношек, пахнущих попкорном! Сколько фильмов он пересмотрел тогда! Бывало, он пробирался в зал без билета, а в перерывах прятался под креслами. Один и тот же фильм он мог смотреть по нескольку раз.

И вот ему предложили сняться в гангстерской саге о временах сухого закона. В наши дни все снова заинтересовались двадцатыми годами, говорил ему на первой встрече режиссер Нино Кьярелли. Публика валом повалит на картину, в которой речь идет о борьбе двух крупнейших чикагских бандитских группировок. А если в главной роли будет сниматься популярный футболист итальянского происхождения, за успех картины вообще можно не волноваться. Фрэнк объяснял, что, несмотря на происхождение, он совсем не знает итальянского языка и обычаев, но Кьярелли заверил его, что это не имеет значения. Главное – его внешность и обаяние. Вот почему ему поручают роль отважного полицейского, который внедряется в банду «Белая рука» и помогает разгромить ее.

В дверь гримерки деликатно постучали, и голос помрежа позвал:

– Мистер Фиорентино! Пора!

Вечером того же дня усталый, но довольный Фрэнк в пятый раз сдвинул на затылок шляпу и размашистой походкой подошел к двери подпольного бара. Он шел прямо на оператора, как велел режиссер. Фрэнк изо всех сил старался сохранить требующееся по роли бесстрастное выражение лица. Однако уголки его губ то и дело невольно подрагивали в улыбке. Съемки очень нравились ему; кино превзошло самые смелые его ожидания.

Ему нетрудно было бегать, прыгать по пожарным лестницам и стрелять. Почти все трюки он выполнял сам. Даже среди каскадеров немногие могут похвастаться такой силой и выносливостью. В конечном счете его внешность и решила дело. Правда, сработало еще и громкое имя – его агент расстарался. Как бы там ни было, но он снимается в кино! Сбылась его детская мечта…

Когда Хоакин и Трой узнали о том, что он будет сниматься в фильме про гангстеров, они, разумеется, принялись подшучивать над ним.

Однако их насмешки были добродушными. Друзья искренне радовались за него.

Сосредоточься, велел себе Фрэнк. Последний дубль! Его нельзя запороть, как выражаются киношники. Ему нужно постучать, назвать пароль и войти. Ничего нельзя перепутать. Хотя Фрэнк еще не актер, он профессионал и привык быть на публике. Привычка безукоризненно выполнять все, что от него требуется, стала его второй натурой. За это его и любят журналисты и спортивные комментаторы…

Он сделал все, как требовалось. «Бандит», стоящий у входа, впустил его, и режиссер заорал:

– Снято!

Выйдя в павильон, Фрэнк позволил себе улыбнуться. Он был уверен: переснимать не придется. Улыбка стала шире, когда он заметил маячившую за оператором знакомую фигуру.

Трой Бойд. Старый друг… Все-таки выбрался!