Избранная публицистика 2009 – 2015 гг.

(несерьёзное, но печальное исследование)

Суть конфликта

Давным-давно в моём родном городке проходил некий КВН между школами, где наша команда проиграла в одно очко. Задание было такое: надо было показать инсценировку из какого-либо литературного произведения, а соперничающая команда должна было угадать название произведение и его автора. Нам показали: мужик везёт якобы в лодке (условности КВН) зайцев. Это было понятно, поскольку дети надели длинные ушки из бумаги, а рослый из них – шапку-ушанку, а в руках держал весло. И, конечно же, я тут же выскочил и сообщил, что сеё – сказка Николая Некрасова «Дедушка Мазай и зайцы». На что соперники, нагло ухмыляясь, на полном серьёзе заявили, что сказку написал Мамин-Сибиряк. Вроде как мы не совсем правильно ответили. Жюри внезапно приняли версию соперников, и завязался ярый спор, где заслуженное очко у нас отобрали.

Но даже не это главное, тогда, лет в 13, я был не только возмущен несправедливостью и невежеством членов жюри – людей взрослых и работающих в сфере культуры и образования, но попутно успел удивиться, что кроме меня в споре Мазая дедушкой больше никто не называл. Все говорили – дед Мазай.

Теперь современный факт: поддержавшая меня в этом несерьёзном исследовании поэт Ульяна Яворская протестировала с три десятка 20-летних студентов Сибирского Федерального университета, и 100 % респондентов утвердительно ответили, что Н. Некрасов написал сказку «Дед Мазай и зайцы», хотя перед глазами у них был и верный вариант. Впрочем, по словам Ульяны, два человека вообще не знали, кто такой Некрасов, но про Деда Мазая были наслышаны.

Собственно, вся эта история с исследованиями началась, когда случайно наткнулся на обложку книги издательства «Проф-пресс». И возмутился. Мы, писатели эдакие, в вопросе точности «обзываний» другими наших текстов всегда щепетильны, знамо же – удачное название это половина успеха. А, следовательно, любое название любого произведения всегда не просто так. И коверкать свои названия мы никому не дозволяем, а заодно и чужие коверкать не из прикола ради – не разрешаем.

И к сути вопроса, если кто ещё не понял. Н. Некрасов никогда не писал произведения с названием «Дед Мазай и зайцы». Он написал сказку (поэму? басню? притчу? – с этим ещё будем разбираться) под названием «Дедушка Мазай и зайцы».

Казалось бы, с чего тут вдруг и придраться? Дед или дедушка – какая разница? Смысл разве меняется? Меняется! Ещё как меняется. Настолько, что появились основания предполагать, что над его изменением тщательно и много десятилетий трудились специально обученные люди. Слово с ласкательным суффиксом необходимо было вытравить из сознания граждан, заменив его на сухое и вполне определенное – дед.

Зачем? Для чего? – спросите. Вот и я спросил себя. Спросил литературоведческий материал по теме, весьма сухой и неглубокий, кстати. Ерунда! – скажете. А вдруг не ерунда? Ведь как справедливо заметила – фактически соисследователь проблемы – поэт Татьяна Долгополова: «Отчего с нонешней модой на старые имена Мазаями мальчиков не называют? Уже полно Климов, Архипов, Платонов, знаю Савву и Авдея, а про Мазая никто не вспоминает. Хорошее имя такое, переводится «красивый»».

Понятно, почему девочек перестали называть Прасковьми-Парашами – зэковский слэнг убил это имя. И с парашами у нас давно иные стойкие ассоциации. Но почему перестали называть Красивым – Мазаем? Отчего этот литературный персонаж стал настолько нарицательным, что его имени стесняются?

Вероятно, ответить на этот вопрос возможно только в случае, если мы ответим: кто и с какой целью дедушку Мазая стал называть дедом Мазаем. А что это произошло – сомнений нет. Огромный вклад внесла в вопрос сотрудник краевой научной библиотеки Юлия Шубникова, исследовав наличие книги в Российской Государственной библиотеке. В её фондах книг Некрасова о Мазае 86 наименований. Из них 82 имеют название «Дедушка Мазай и зайцы» и только четыре современных – «Дед Мазай и зайцы».