Из тупика, или Империя наносит ответный удар

Александр РОЙФЕ

Из тупика, или Империя наносит ответный удар

По традиции каждые полгода наш журнал публикует обзор книжной продукции. На этот раз вниманию читателей предлагаются полемические заметки.

После публикации статьи "В тупике" (см. "Если", - 8 за 1999 г.) автор этих строк получил немало устных и письменных откликов. Кто-то выражал бурное несогласие с печальным диагнозом, поставленным новейшей российской НФ; кто-то, напротив, публично сожалел, что, дескать, "мало им врезали". Задача, однако, состояла не в том, чтобы "врезать", хотя появление огромного числа произведений, эстетический уровень которых сознательно занижен в угоду так называемому массовому читателю, вызывает только сожаление. Отнюдь! По сути, была предпринята попытка разобраться, есть ли среди ныне действующих фантастов те, чьи тексты предназначены не просто для развлечения, но несут в себе некое послание, или, как теперь иногда выражаются, "месседж"; есть ли те, кто пишет потому, что наболело, и кому не терпится о чем-то сообщить граду и миру. Выяснить это следовало постольку, поскольку, по глубокому убеждению автора, именно такие фантасты в известной степени предопределяют развитие литературы и общества, а их отсутствие свидетельствует о серьезном нездоровье обоих упомянутых институтов. Увы, на момент написания той статьи ни одной книги с "месседжем" обнаружить не удалось... Между тем по здравому размышлению подобную ситуацию явно нельзя назвать типичной для отечественной фантастики. В конце концов, речь идет о стране, жители которой, прельстившись мечтаниями о лучшем будущем, дважды на протяжении одного века совершали - к ужасу и восхищению остального мира - прорывы в неведомое (из-за чего потом претерпевали муки и страдания). Речь идет о стране, чья литература потому и считается великой, что всегда была нацелена на изучение и исцеление души человеческой. Если помнить об этом, мысль об отсутствии в России писателей, способных выдвигать нетривиальные идеи и сочувствовать ближнему, просто-напросто не придет в голову. И последние месяцы дали нам сразу несколько ярких образчиков фантастической прозы, для которой в равной мере характерны увлекательный сюжет и мощная идейно-нравственная "подкладка". Беглый анализ привлекших всеобщее внимание произведений приводит к следующим любопытным выводам:

1) их создатели либо живут в Москве, либо, скажем так, тяготеют к ней в личном и творческом плане;

2) все без исключения романы проникнуты откровенной или затаенной тоской по сильному государству, если угодно - по империи, каковая мыслится прежде всего как средство обеспечения нормальной жизни в многонациональном и многоконфессиональном пространстве. Похоже, мы имеем дело с возникновением "московского направления" в российской НФ, и происходит это на фоне "увядания" некогда славной "петербургской школы". Вот суть сегодняшнего этапа развития нашей фантастики, а все прочее - детали, нюансы, частности... Однако значение центрального события поистине трудно переоценить. И потому нам не обойтись без небольшого исторического экскурса.

МЯТЕЖ НА СЕВЕРЕ

Политическое, экономическое и творческое соперничество Северной Пальмиры и Белокаменной уходит своими корнями в седую древность. К началу 80-х годов нынешнего столетия в отдельно взятой области художественной словесности оно приобрело форму параллельного функционирования семинаров молодых писателей-фантастов - семинаров, организованных при Московском и Ленинградском отделениях Союза писателей СССР. Обитателей кремлевских окрестностей наставляли на путь истинный Аркадий Стругацкий, Дмитрий Биленкин, Евгений Войскунский и Георгий Гуревич; их питомцами были Эдуард Геворкян, Владимир Покровский, Борис Руденко, Андрей Саломатов, Александр Силецкий... На берегах Невы роль мэтра досталась Борису Стругацкому, вокруг которого сплотились Андрей Столяров, Вячеслав Рыбаков, Андрей Измайлов, Святослав Логинов (позднее к ним присоединились Александр Тюрин и Александр Щеголев). Конечно, оба семинара были более многолюдны, но в рамках нашего разговора имеет смысл ограничиться только теми фамилиями, что стали известны относительно широкому кругу любителей фантастики.